Те, кто уходит и те, кто остается

– А почему больше не выходит твоих книг? – спросил он с искренним интересом, слишком серьезно для застольной болтовни.

Я покраснела и указала на девочек:

– Я другим была занята.

– Та книга была блестящая.

– Это не комплимент: ты всегда превосходно писала. Помнишь ту статью о преподавателе богословия?

– Твои друзья ее не напечатали.

– Это было недоразумение.

– Я тогда потеряла веру в себя.

– Жалко. А сейчас пишешь?

– Не знаю, что выйдет.

– Мужчины, создающие женщин.

– Ты уж постарайся, очень хочется прочитать.

– Ты должен предоставлять жене больше свободного времени, – сказал он вдруг Пьетро.

– И так весь день в ее распоряжении.

– Я не шучу. Иначе будешь признан виновным, и не только с общечеловеческой, но и с политической точки зрения.

– И в чем же мое преступление?

– Растрата умственных способностей. Общество, считающее нормальным, что женщина душит свой ум заботой о детях и доме, – само себе враг, хоть и не понимает этого.

Я молча ждала, что скажет Пьетро.

– Элена может культивировать свои умственные способности сколько и как угодно, главное, чтобы она не отнимала времени у меня, – сказал он с иронией.

– А у кого же еще ей его отнимать?

– Когда человек чем-то увлечен, ничто не может помешать ему довести дело до конца.

– Мой муж считает, – с натянутой улыбкой процедила я, – что ничто не интересует меня по-настоящему.

– И что, это так? – спросил меня Нино.

Я не задумываясь ответила: не знаю. От неловкости и досады на глаза у меня навернулись слезы.

Я опустила взгляд. «Все, хватит пончиков», – сказала я девочкам дрогнувшим голосом. Нино поспешил мне на помощь: «Я съем еще один, один маме, один папе, и вам как раз по одному. По последнему». Он позвал хозяина и торжественно произнес: «Я приду сюда с этими синьоринами ровно через тридцать дней, а вы к тому времени приготовьте нам гору таких же пончиков, хорошо?»

– Так все-таки через месяц или через тридцать дней? – спросила Эльза.

Мне удалось наконец побороть слезы, я посмотрела на Нино и переспросила:

– Вот именно, через месяц все-таки или через тридцать дней?

Мы стали шутить, Деде хохотала над смутными представлениями Эльзы о времени.

Пьетро хотел рассчитаться, но обнаружил, что Нино уже заплатил за всех, и запротестовал. Пьетро сел за руль, я устроилась на заднем сиденье между двух клюющих носами дочек. Мы подбросили Нино до гостиницы. Всю дорогу я молча слушала их разговоры: оба были под хмельком.