Те, кто уходит и те, кто остается

Когда мы прощались, Пьетро с огромным воодушевлением сказал Нино:

– Зачем тратить лишние деньги? У нас есть комната для гостей, в следующий раз останавливайся у нас, не стесняйся!

– Мы меньше часа назад говорили о том, что Элене нужно больше свободного времени, – улыбнулся Нино, – а ты хочешь еще и меня на нее повесить.

– Я была бы очень рада, – вмешалась я вяло, – и Деде с Эльзой тоже.

Но как только мы с Пьетро остались одни, я сказала ему:

– Прежде чем приглашать, мог бы со мной посоветоваться.

Он завел мотор и посмотрел на меня в зеркало заднего вида:

– Я думал, ты обрадуешься.

Дни проходили в приятном интеллектуальном возбуждении. Единственное, что меня пугало, – что я не успею вовремя написать читабельный текст. Я сама себе поражалась: ради того чтобы заслужить одобрение Нино, я писала намного легче и быстрее.

Но месяц прошел, а он так и не позвонил. Поначалу мне это было на руку: времени прибавилось и мне удалось закончить работу. Но потом я начала волноваться, спросила Пьетро, не в курсе ли он, куда подевался Нино.

Оказалось, они часто созванивались по работе, но в последние несколько дней никаких новостей не было.

– Вы часто созванивались?

– А мне ты почему ничего не говорил?

– Что вы часто созванивались.

– Мы же по работе разговаривали.

– Ну, раз вы такие друзья, позвони ему и скажи, чтобы удосужился предупредить, когда приедет.

– Тебе-то, конечно, незачем, это ж моя забота… И все-таки, раз уж мне готовиться к его приезду, хотелось бы знать заранее.

Он не стал ему звонить. Сказал: «Ладно, подождем. Нино обещал девочкам вернуться, – не верится, чтобы он не сдержал обещания». Так и вышло. Нино позвонил с опозданием на неделю, вечером. Трубку взяла я, его это, кажется, смутило. После обмена несколькими дежурными фразами он спросил: «А Пьетро дома?» Я тоже смутилась и позвала мужа. Разговаривали они долго, и у меня начало портиться настроение. Муж говорил непривычным для себя тоном: громко, со множеством восклицаний, со смехом.

Только тогда я поняла, что общение с Нино его успокаивало: он чувствовал себя не таким одиноким, забывал о своих болячках, работал с большей охотой. Я закрылась в комнате, где Деде в ожидании ужина читала, а Эльза играла. Но даже туда долетал громкий голос Пьетро: можно было подумать, что он пьян. Потом он умолк, в коридоре послышались его шаги. Он заглянул в комнату и радостно объявил дочерям:

– Девочки, завтра вечером будем есть пончики с дядей Нино.