И, явно, с веранды за приездом важных гостей и наблюдал всё это время. Но сейчас делал вид, что случайно здесь оказался только минуту назад. Наблюдал за тем, как Ванька неподалёку стрелы с присосками в приделанную на дереве доску пускает. А когда я на веранду вышла, кинул на меня лишь один короткий взгляд.
— Куришь? — поинтересовалась я. — Нервы?
Генка отвечать не стал, отвернулся от меня и Ваньке крикнул, чтобы тот ногу вперёд не так далеко выставлял. Я тихонько усмехнулась, подошла к нему и сигарету из его пальцев взяла, затянулась.
И Завьялову сообщила:
— Какой сегодня чудесный день! Не правда ли?
Завьялов тяжёлой головой мотнул и усмехнулся.
— Ты чего добиваешься?
— Ничего. Делюсь с тобой своим хорошим настроением.
— Будем считать, что я проникся. Сигарету верни.
— Тебе жалко, что ли?
— Не жалко, но через три секунды Кирилл будет за твоей спиной.
Я едва дымом не подавилась. Сигарету обратно Генке сунула, а дым вниз выпустила, после чего сделала глубокий вдох. Обернулась и улыбнулась папке, который, на самом деле, из кабинета появился мрачным и с сильным подозрением во взгляде.
На нас с Завьяловым посмотрел, подошёл ближе, и у меня поинтересовался:
— Приехали?
— Приехали, — кивнула я, и заметила, как папка принюхался.
— Ты курила?
Я сделала большие глаза.
— Нет, конечно. Это всё Генка. — Я Завьялова в бок толкнула. — Сколько раз говорила, не кури при мне! Мне от дыма плохо!
Тот такую улыбочку изобразил, блаженную какую-то, сигарету затушил, и клятвенно пообещал, что впредь будет беречь моё здоровье.
— Ну и где он? — вспомнил о главном папка.
— В своей комнате. Ты бы ещё попозже вышел, а он бы в гостиной тебя ждал, поражая всех своим терпением. Сейчас они устроятся и к обеду спустятся, тогда и познакомитесь.
Филин брови сдвинул.
— Они?
— Никита приехал с двоюродным братом.
— Для моральной поддержки взял, — поддакнул Генка, а я изобразила удивление.
— Боже, какие мы слова знаем! Поддержка, да ещё моральная! Готовился, что ли?
Папка меня за рукав платья дёрнул.
— Ладно, не кусайся."
"— А что, я не права? Между прочим, это чистой воды неуважение с твоей стороны было. Нужно было выйти.
Он только руками развёл.
— Я работал! В отличие от его папы-депутата, я иногда работаю.
— Вот этого при Никите повторять не надо. В конце концов, ты хочешь, чтобы он меня замуж взял или нет?
— Взял замуж? — повторил Филин вслед за мной, кажется, поражённый тем, как это прозвучало. — Мы ещё посмотрим, кто кого замуж брать будет.
