Что она тебе сделала такого ужасного, что ты собираешься её жизнь в ад превратить?
— Не собираюсь."
"— Собираешься. Господи, Завьялов, я с тобой четыре года мучаюсь, мне лучше знать. Да ты её жизнь в кошмар превратишь. Когда она поймёт, что ты за человек, она самой себе не поверит, что замуж за тебя вышла. Она ведь и про ""Чёртово логово"" не знает, я права? А когда узнает? А когда все узнают? Её папа — директор школы, а зять, значит, содержатель притона?
— Вась, я тебя в ванне утоплю, ты дождёшься.
— Не утопишь, ты без меня не сможешь. Я просто пытаюсь рассуждать. — Я кулаком по Генкиной подушке стукнула, полюбовалась на образовавшуюся вмятину. — В Москву нам надо. Чтобы ото всех подальше. — И шёпотом добавила: — Ото всех родственников. — Я всерьёз этой идеей увлеклась. Смотрела в стену напротив, на картину, которую сама когда-то на вернисаже купила, и раздумывала. Как мне Генку уговорить, отцу всё объяснить, и вообще, как свою дальнейшую жизнь строить. Замуж за Никиту я уже не выхожу, в этом сомнений нет.
А замуж, между тем, хочется. И свадебное платье из Милана хочется, и просыпаться каждое утро вот так, как сегодня, и именно с этим мужчиной, тоже хочется. И мне уже не восемнадцать. Чего я, вообще, боюсь? Папка меня всегда учил, что нужно уметь ставить перед собой правильные цели, а потом идти к ним. Главное, не переборщить и удачу не спугнуть. В моём случае, у удачи есть имя — Генка Завьялов. Его нельзя спугнуть, ни в коем случае.
И я созрела для того, чтобы перейти в наступление.
— Ты о чём думаешь?
Я в растерянности моргнула, на Завьялова, вновь появившегося в дверях спальни, взглянула, и поторопилась головой качнуть.
— Ни о чём.
Он нахмурился, брови на переносице почти сошлись.
— Кому ты врёшь? Вась, ты чего затеяла?
Я пару секунд соображала, после чего решила правду сказать:
— Думаю, как мне тебя женить. На себе естественно.
Генка плечи расправил, расслабился, не услышав в моём ответе для себя никакой опасности.
На что я, по сути, и рассчитывала, надеясь привычным ответом бдительность его усыпить.
— Стратегию продумываешь?
Я кивнула.
— Только без крови, ладно? — попросил он.
— А это уже от тебя зависит. — Я одну руку на мягкую спинку кровати над своей головой положила, а на Генку взглянула с призывом. Он хмыкнул, но не рассмеялся, взгляд на мне задержал, наверняка, заценил мою соблазнительную позу, обнажённое тело, лишь краем одеяла прикрытое.
