Техник-ас

Конечно, кое-что он всё же рассказал, да и то после того, как Пуме надоело слушать его междометия и она, поигрывая ножиком, подошла к нему вплотную. Полицай нервно сглотнул, штаны у него спереди намокли, и от него пошёл характерный такой запах: похоже, кишечник тоже оказался слабым. Лишь после этого он изредка начал выдавать членораздельную речь.

На тот хутор они ездили дважды в неделю за продуктами для офицерского стола. Жила там родня местного начальника полиции, который, как оказалось, до войны был здесь участковым.

Теперь старался всячески выслужиться перед новыми хозяевами. Почти весь личный состав полиции бросили на охрану мостов и железной дороги, а его с напарником за хорошую службу начальник оставил при себе как снабженцев.

На этом внятная речь закончилась. Рита вопросительно посмотрела на меня, и я в ответ отрицательно покачал головой. Хищной серебристой рыбкой мелькнул в воздухе брошенный Пумой нож, и полицай завалился на бок с пробитой шеей.

Оттащив трупы подальше в лес, удобно расположились на подводе.

Рита села за возницу. Ну да, я в этом деле полный ноль. Лошадь – это вам не истребитель, тут иной подход нужен и органы управления совершенно другие.

С комфортом проехав пару километров свернули на едва заметную лесную дорожку и по ней проехали ещё с километр, прежде чем остановились. Я, пока ехал, успел обследовать груз, что везли с хутора. В трёх бидонах было молоко, ещё в одном – сливочное масло, в корзинах лежали яйца, сало солёное и копчёное, в двух мешках был свежий хлеб и ещё в одном – пара великолепных копчёных окороков.

Аромат от них стоял такой, что я чуть слюной не подавился, Рита, судя по всему, тоже. Отдельно, тщательно замотанные в тряпки, стояли три пятилитровые стеклянные бутыли с самогоном.

Мы с большим удовольствием плотно поели, напились вкусного молока и сели думу думать, как нам всё это допереть на нашу базу. В конце концов решили проехать на подводе, сколько можно будет, а там потихоньку перетаскаем.

Следующий месяц мы с Ритой занимались отстрелом окрестных немцев и полицаев.

Уходили в рейд на пару дней, в течение которых устраивали охоту на полицаев, солдат и офицеров противника. Заодно пополняли запасы продовольствия.

Владелец винтовки, теперь уже бывший и скоропостижно скончавшийся, оказался, судя по документам, инструктором Кёнигсбергской школы снайперов. Вот уж подарок так подарок.

Опробовать трофей удалось уже через несколько дней, и очень даже удачно.