Темное прошлое Конька-Горбунка

– Верно, – согласился Дегтярев, – она скончалась, пока Эдик ездил за тобой, но ни Джонни, ни Кузьма, ни Марат этого не знали. Они сидели в кабинете управляющего. Потом тебе удалось убедить Марата отвезти знахарку за травами, вы прибыли в «Советы Клеопатры», и тут ему перезвонил Джонни с сообщением: «Герла откинулась, вали скорей назад». Марат снова набрасывает тебе на лицо тряпку с хлороформом, он не хочет, чтобы ты выглянула в окно и записала номер его машины.

– Однако странно! – остановила я полковника.

– Что? – удивился тот.

– В первый раз я очнулась от наркоза быстро, правда, окончательно проснуться мне помог кофе, куда явно подлили стимулятор. А когда Марат вновь меня усыпил, я спала много часов, не слышала ни как пришла Кира, ни как меня везли в больницу.

– Верно. Ты очень нервничала, пережила стресс, в офисе у Вольской стоит духота, резко пахнет благовониями, хлороформ применили второй раз за короткое время. Сложи все вместе, добавь свой голодный желудок и явно упавшее давление…

– Понятно, – вздохнула я.

– Марат вернулся в клуб и предложил вывезти труп Лидии за пределы Москвы, чтобы закопать в лесу.

Кузьма впал в истерику и позвонил отцу. Павел Петрович моментально прибыл в клуб, сын ему все рассказал. Отец не стал ругать отпрыска, который поставил родителей в почти безвыходное положение. Скандалом делу не поможешь, до свадьбы остались считаные часы, если бракосочетание не состоится, Валентина предаст огласке документы. Было от чего запаниковать.

– Стелка похожа фигурой на Лиду, – сказал он, – и волосы у нее белокурые, длинные.

Надо нацепить на нее свадебное платье, закрыть морду фатой и ее не поднимать, дескать, жених боится сглаза и не хочет, чтобы папарацци растиражировали фотографии любимой. В загсе их быстро распишут, а на банкете они десять минут посидят и уедут. Типа так друг друга хотим, что невтерпеж. Это должно прокатить.

Стелла очень нуждалась в деньгах, она мечтала накопить нужную сумму на операцию для сестры-инвалида, поэтому без колебаний согласилась участвовать в этом спектакле.

Чтобы иметь возможность купировать вероятные нестыковки, Марат стал свидетелем со стороны жениха. Но задуманное осуществилось без сучка и задоринки. Павел Петрович, наверное, почувствовал себя волшебником, Гудвином из Изумрудного города, раз – и разогнал беду руками.

– Скорей уж, если вспомнить литературных героев, эта история про темное прошлое Конька-Горбунка, – вспомнила я смешное высказывание Таисии – убийцы утюга.

Полковник поморщился.