Темное прошлое Конька-Горбунка

Нынче многие хотят переселиться из шумного и грязного мегаполиса в тихое местечко за столичной Кольцевой автодорогой. Если у вас нет жесткой необходимости ежедневно являться к девяти на работу, то лучше дышать свежим воздухом, а не коктейлем из выхлопных газов и отходов производства.

Новопольск мне понравился. В отличие от Москвы дороги тут были тщательно очищены от грязи и снега, а пробки отсутствовали. По тротуарам спешили люди, по внешнему виду ничем не отличающиеся от модников с Тверской, и повсюду висела привычная реклама.

Тут только не громоздились небоскребы, самое высокое здание имело этажей семь, местная мэрия не стала тратить деньги на переименование улиц и снос памятников, поэтому гипсовый Ленин на центральной площади указывал рукой на огромную растяжку с надписью «Покупайте окорочка «Цыпа», а табличка со словами «Бульвар Феликса Дзержинского» соседствовала с указателями «Пицца от лучших американских производителей» и «Памперсы на любой вкус».

Покружив немного по городу, я остановилась у нужного здания, поднялась на второй этаж и нажала на звонок.

За дверью не раздавалось ни звука, зато распахнулась соседняя створка, оттуда высунулась старушка в круглых очках и поинтересовалась:

– К Алевтине Михайловне, – ответила я, – специально из Москвы прикатила.

– Аля поздно придет, – пояснила бабушка, – просила своего кота покормить, она может даже остаться ночевать у подруги.

– Не повезло мне, – расстроилась я, – не знаете случайно, куда Долецкая подалась?

– Как не знать, – пригорюнилась соседка, – она вещи Валентины Сергеевны разбирает, подруга у нее умерла, хорошая женщина была, сердечная, долгие годы в нашей больнице работала.

Ее весь город уважал. Светлый человек и мать замечательная. Аля с Валей всю жизнь дружили, роднее сестер были.

– Буду очень вам благодарна, если подскажете адрес Валентины Сергеевны, – попросила я.

– Улица Куйбышева, – словоохотливо сказала бабуля, – номер дома не помню, он розовый, с синими балконами.

Во дворе спросите, вам квартиру укажут.

Открыв дверь, Алевтина Михайловна удивилась:

– Госпожу Долецкую, – ответила я, – меня зовут Даша Васильева, я приехала из Москвы, привезла привет от Нади, племянницы Валентины Сергеевны.

– Валя умерла, – мрачно сказала Алевтина, – да вы проходите. Извините за беспорядок, я шкафы разбираю.

– Странно, что хозяйственные хлопоты легли на ваши плечи, – завела я разговор, очутившись на маленькой кухне.