— Какой из тебя, к дьяволу, оруженосец!
Такой же, как из крестоносца пресвятая дева, — не осталась в долгу Мадленка.
— Неплохо сказано, — усмехнулся Боэмунд, — но ты еще не ответила на мой вопрос, а именно: кто ты такая, откуда взялась и что здесь делаешь.
Мадленка была от природы отважна, но под изучающим взором этих холодных фиалковых глаз ей совершенно расхотелось шутить.
— Если ты пообещаешь никому не говорить… — начала она.
— Все зависит от того, что ты мне скажешь, — сказал фон Мейссен, пожимая плечами.
— Итак?
— Хорошо, — угрюмо сказала Мадленка, — будь по-твоему. Я Магдалена Мария Соболевская.
Она попыталась прочесть что-либо в лице крестоносца, но Боэмунд ничем не обнаружил своего удивления.
— Любопытно, — сказал он. — Ну, что ты там еще выдумала?
— Я не выдумала! — вспылила Мадленка. — Это я и есть!
— Час от часу не легче, — проворчал Боэмунд. — Стало быть, все, что ты нам рассказала — ложь?"
"— Нет, не ложь! — заупрямилась Мадленка. — Не ложь! На нас действительно напали, я скатилась в овраг, а потом пришла в себя и нашла всех зарезанными.
Брата моего Михала привязали к дереву и расстреляли стрелами, тебе этого не понять! И я осталась совсем одна, никто мне не мог помочь!
— Стрелами расстреляли? — переспросил рыцарь.
— Угу, такими же, как та, что я вытащила из тебя. Я переоделась, потому что была испугана и не знала, что мне делать дальше. И про бродяг все правда, все было на самом деле, а потом меня нашел разъезд Августа, и я узнала, что моим именем кто-то назвался и заявил, что мать-настоятельницу убили крестоносцы.
— Мадленка закусила губу. — Я думала, я там умру! Но я не могла понять: зачем? Кому это нужно?
Синеглазый потер рукою лоб.
— Хорошо, допустим, я тебе верю. Княгиню Гизелу и эту самозванку ты, разумеется, не трогала.
Мадленку передернуло.
— Конечно, нет! У меня бы не хватило духу так изрезать лицо человеку. Это же кощунство!
— Это было сделано, — лениво сказал Боэмунд, — чтобы ее никто не мог опознать. Не с неба же она свалилась, кто-то наверняка должен был видеть ее раньше, хотя, возможно, она не из тех мест.
И, с другой стороны, твои родные тоже не смогли бы утверждать, что это не ты, раз от ее лица, как ты говоришь, ничего не осталось.
— Наверное, этим людям помогает дьявол, — сказала Мадленка в сердцах. — И как они поняли, что я — не та, за кого себя выдаю? Я чувствовала, что настигаю их и разгадка вот-вот будет у меня в руках, но они меня опередили. — Она вздохнула.
