Но тут внезапно появляется и напрочь отвлекает внимание самый яркий элемент этого кошмара — труп. И все остальное вроде сразу же меркнет. Но снова предупреждаю: не принимайте буквально того, что происходит с певицей во сне.
Человеческое тело в целом (неважно, мертвое оно или, живое) вообще наиболее часто встречающийся элемент сновидения. То, что Зверева даже во сне осознает, что тело мертвое, факт, конечно, любопытный, но при толковании сновидения имеют значение не только предметы, встречающиеся в наших снах, и образы, но также и наши действия.
Не только существительные, понимаете, но и глаголы.
Итак, Зверева видит труп. Другими словами, во сне она видит кого-то. И этот кто-то для нее словно бы умер.
Применительно к слову «труп» слово «расчленять» означает «избавляться». Причем избавляться тайно, так, чтобы об этом никто никогда не узнал. Итак, получается, что она видит кого-то, кто для нее все равно что труп, мертвец, неодушевленное тело, от которого она непременно желает избавиться.
Во сне она вспоминает и место — неприятное, неуютное, где происходили эти полузабытые события. Кстати, непременно обратите внимание на интереснейшую деталь, указанную в письме, — «домотканые половики». В сон, где так много фантастического и не правдоподобного: гигантские муравьи, багровый плющ, полуразрушенные стены — вдруг откуда-то проникает бытовая деталь — домотканые половики на полу. Зверева где-то их видела и запомнила. Потом постаралась забыть вместе со всем остальным, но они взяли и приснились ей.
Итак, я продолжаю. Что мы можем уже вычленить из сновидения Зверевой? Какие элементы нам уже известны?
Первое: неуютное место, где она вынуждена скрываться и где были домотканые половики на полу. Второе: некто, находившийся там вместе с ней, — человек, тело, от которого ей надо было во что бы то ни стало избавиться, причем быстро и тайно.
Теперь обратимся вот к чему: время, когда это все с ней происходило. Этот сон, как вы говорите, Вадим, приснился Зверевой после праздника в честь ее дня рождения.
А сколько ей лет исполнилось?
— Пятьдесят два года, — Кравченко слушал докторшу напряженно и внимательно.
— Грустный возраст для женщины: старость на пороге.
Мысли о прошлом мучительны. Воспоминания юности особенно часто посещают нас именно в наши дни рождения. После тридцати это почти всегда грустные праздники: мы вспоминаем, что сделали, чего не сделали, что могли бы сделать.., но не захотели.
