Тень Инквизитора

— Вы верите, лорд Нар, я знаю, вы верите! И, клянусь ключом трех рас — не зря!

Hyp поднялся, рассеянно отряхнул от песка брюки и медленно направился к Чио, безучастно наблюдающей, как плещется в воде ее сын.

— Я тебя ненавижу. — Голос женщины звучал негромко, но твердо и очень уверенно. — Я не хочу видеть тебя, я не хочу знать о тебе и не хочу, чтобы ты приближался к моему ребенку. Если бы я могла, я бы тебя убила. И, если ты когда-нибудь вновь появишься на моем пути, клянусь Богом, я попробую.

Чего бы мне это ни стоило.

Она отвернулась.

— Я тоже не могу тебя убить, Чио, — грустно произнес карлик. — Очень хочу, но не могу. Я никогда не прощу тебе смерть Глеба… — Глаза женщины яростно сверкнули. — И с удовольствием разорвал бы тебя на части, но… однажды я уже терял смысл жизни и не хочу пережить это чувство вновь.

— Что? — Ненависть, сквозившая в каждом жесте Чио, не ушла, но позволила прорваться удивлению.

— После разгрома, который нам устроили люды, мы с лордом Наром сумели сохранить всего две линии Тать. — Карлик, не отрываясь, смотрел на женщину. — Да, моя дорогая Чио, ты принадлежишь к нашей расе, хотя в твоей крови это выражено не так сильно, как было у Глеба. И как сейчас у твоего сына.

— Я человек!

— Мы берегли вас как зеницу ока, устраивали нужные браки, не допускали появления в ваших линиях лишних генов, мы сделали все, чтобы кровь Тать не исчезла из этого мира.

Мы действовали тайно, очень осторожно, ведь если бы Темный Двор узнал, что, кроме нас, божественных лордов, на Земле остались те, кому мы служим, он бы не остановился бы ни перед чем, чтобы уничтожить вас.

— Ты врешь!

— Появление Глеба стало венцом наших усилий. Несмотря на прошедшие века, на смешанные браки и человский мусор в крови, сила Тать проявилась в нем с невероятной мощью.

И мы с лордом Наром решили перейти к активным действиям. Мы устроили вашу встречу… Мы не сомневались, что, увидев друг друга, вы потеряете голову от любви, так, собственно, и произошло. Вы были созданы друг для друга… — Hyp тяжело вздохнул. — А теперь ты и юный Глеб — это все, что осталось от моего рода. От нашего рода, Чио.

— Ты лжешь! — Но, несмотря на твердый тон, в глазах женщины мелькнул ужас.