– Заедем в рощицу и насладимся, а потом быстренько догоним остальных…
Она едва сдержалась, чтобы не ударить его. Проклятый бесполезный идиот! Твоя кровь так же никчемна, как ты сам!
- Потом, после боя… - пообещала она, кривясь от собственной лжи.
Аланис все еще надеялась использовать его, но не понимала – как. Ночь потрачена впустую, а сейчас рядом другие шаваны, ни о чем не договоришься. И Флисс уже слишком близко, и слишком плохо на душе. Чтобы подбить человека на измену, следует быть хитрой мерзавкой. Аланис была грустной дурой.
А городские шпили уже поднимались над лесами.
Отряд взобрался на последний холм, и ганта Хайлах разразился отборной бранью. Аланис подъехала ближе, поглядела. Войско Фарвея уходило на юг без боя. Утекала от Флисса блестящая река доспехов, мечей, шлемов, копий. Уползали флаги с костями и сердцами… Никто не поможет ей победить Пауля. Никто в целом мире, сожри его тьма!
- Да чтоб вас выдрал под хвост Темный Идо! – процедила она.
Хайлах глянул с уважением и добавил от себя:
- Пускай Гнойный Червь заглотит этих трусов!
Она согласилась:
- Пусть на Звезде они жрут из свиного корыта.
Хлестнула коня и помчала вниз, к воротам Флисса - туда, где Пауль. Ничто уже не имело значения, все рухнуло. Нет времени соблазнить командира, не будет битвы, которую можно выиграть. Осталось пройти путь до конца – и увидеть, как растопчут Флисс.
Пусть хотя бы быстрее!
Когда она настигла авангард, тот еще не вошел в город. Пауль и ханида вир канна почему-то не рвались на штурм. Стояли в поле, ярдов за триста от ворот, а перед ними держали позицию защитники города.
В числе двух женщин.
По никому не известной причине орда все еще не раздавила этих двух сумасшедших баб и не хлынула во Флисс. Пауль чего-то ждал, окруженный кольцом перстоносцев. Женщины молились, поминутно осеняя себя спиралями.
Аланис подъехала к командиру, следом за ней – Алишер.
- Прости, - сказала она Паулю. – Знаю, что ты изгнал меня, но думала, будет бой. Я не могла пропустить.
Он повернулся к ней – не такой, как ночью, а прежний.
Без страха, без похоти, равнодушный. Спросил:
- Ну как, ты наелась?
- Прости?..
- У тебя чесалось между ног. Я дал тебе время. Почесалась?
Он мельком глянул на Алишера, и Аланис залилась густой краской.
Пауль повел рукой. Шея шавана хрустнула, голова отвисла назад, за плечи. Сломанное тело проскакало еще несколько ярдов, прежде чем рухнуть с коня.
- Он имел мою женщину, - спокойно сказал Пауль остальным ханидам. – Нельзя иметь мою женщину.
