Я имела возможность убедиться: Нави способен перемножить в уме шестизначные числа, результат будет верен.
- Миледи, с ваших слов он предстает истинным гением! Имеются ли у него недостатки?
- О, ваше величество, я так ждала этого вопроса! Нави одержим вычислениями. Одержим в самом плохом смысле слова. Если в течение трех часов он ничего не высчитывает, то становится капризен и плаксив. После шести часов впадает в панику, после десяти – в отчаяние. Числа для него то же самое, что вино для законченного пьяницы.
Затем. По степени душевной зрелости Нави – малый ребенок. В соревновании самых инфантильных существ он превзошел бы пансионных девиц и декоративных собачек. Глаза у Нави – на мокром месте. Если вы попросите назвать все причины его плача, то я скажу: увольте, мне не окончить этот список до возвращения мужа! Нави много чего не умеет. Нельзя даже предположить, чего именно он не будет уметь. Однажды я попросила его почистить яблоко. Он взял острый нож и… Мы с графиней затратили целый час, чтобы утешить его и перевязать раны.
И наконец, Нави – редкостный трус. Вот список противников, которые могут обратить его в бегство: юнцы-дуэлянты, санитары, мужики из трактира, крикливая нищенка, черная коза, отряд из трех куриц…
Минерва сказала сквозь хохот:
- Блестящие метафоры, миледи!
- Метафорами и не пахнет. Это сухие факты, проверенные опытом. Но если перейти в сферу ощущений…
- О, я предвкушаю, миледи!
Мира продолжала смеяться, но с лица Карен улыбка сошла без следа.
- Нави – бог.
Это звучит абсурдно, этому нет доказательств, вы в праве высмеять и меня, и его. Я сама не верила очень долго, но потом…
- Почему поверили?
Она добрую минуту подбирала слова.
- Ваше величество, что приходит в голову при слове «бог»? Мудрый, могучий, суровый, зрелый… Скажем, Праотец Вильгельм, умноженный на два. Но попробуйте допустить, что эта банальность – лжива, как и все остальные. Каким будет бог, если он не похож на икону? Богу не требуется могучее тело: его сила – не в мускулах.
Ни к чему суровость и зрелость – гораздо приятней юношеское веселье. Сдержанность тоже не нужна: смертные скрывают чувства, боясь осуждения общества, но богу-то чего бояться? Борода и морщины – еще одна чушь. Это у смертных они связаны с умом, а бог может быть гением и в детстве. Так получается, что канонический портрет бога – бутафория, мишура, гирлянда в День Сошествия. А каковы могут быть истинные черты?
Мира поняла, что от нее ждут ответа.
