Потери убитыми составляли пятьдесят два человека, восемьдесят шесть были ранены. Персты Вильгельма оставили ужасные ожоги. Уцелевшие иксы буквально на руках выносили с поля боя раненых товарищей. Усаживали к себе в седла, привязывали к лошадям, поддерживали, оказывали помощь. К утру семеро раненых отошли на Звезду. Осталось восемь десятков несчастных, сходящих с ума от боли.
Припасов не имелось – погибли в кораблях. Голубей не было. О сменных лошадях – только мечтать. Лекарские снадобья – лишь те, что были у медиков в сумках.
Они исчезли в первую же ночь. Войско герцога Ориджина превратилось в раненого зверя, и по кровавым следам уже шел за ним охотник.
Правда, имелась одна хорошая новость. Половина новости. Четверть. Но все же…
Капитан Хайдер Лид подъехал к герцогу со словами:
- Простите милорд, я сильно оплошал. Он дернулся, я попал ему в бок. Не знаю, выживет ли.
И показал тело, висящее поперек лошадиной спины. То был шаван, залитый кровью из глубокой раны меж ребер. Он еще дышал, жизнь слабо теплилась в теле.
На руке шавана мерцал Перст Вильгельма.
* * *Излюбленную тактику степняков северяне называют шакальим укусом. Гиена, шакал и мелкая собака не нападают в лоб. Они подкрадываются сбоку или сзади, выбирают миг, когда противник отвлечется, и делают быстрый выпад. Припав к земле, подальше от вражеских клыков, кусают снизу: за лапу, за брюхо. И тут же отскакивают – назад, в безопасность, смотреть с расстояния, как враг истекает кровью.
Подобное делают шаваны при помощи конных лучников.
Отряды легкой кавалерии приближаются к противнику на дальность выстрела и осыпают сотнями стрел. Калечат вражеских коней, ранят воинов, наносят потери, но избегают лобовой сшибки. Если враг атакует - разделяются надвое, отпрыгивают в стороны с линии удара и продолжают обстрел с флангов. Лишь когда противник утратит боевой дух, истечет кровью, потеряет множество коней – шаваны пойдут в мечевую атаку и добьют обессиленное войско."
"За столетия войн кайры нашли методы противодействия.
Один из них – собственные стрелки с арбалетами или луками, более мощными, чем степные. Но превращать бой в бесконечную стрелковую дуэль – противно северному духу, потому большинство полководцев предпочитают иной путь. Боевые кони, которых разводят в Ориджине либо закупают в Альмере, менее выносливы, чем шаванские, зато более резвы. Степной скакун может выдержать и сто миль под седлом, северный с трудом осилит полсотни.
