Тень за троном

Мол, тебе крест дан, а ты налакался, да в кусты его? Или сам в кусты?

Нехорошо, за такое вместо креста и вилы получить можно… После смерти и в плохом месте.

Вообще Федька последнее время сильно склонялся к монастырской стезе. Молился, постился, и все как-то истово. Но ведь не определился ж пока? Значит – используем.

Софья убивала сразу двух зайцев.

Уж простите, но Федя сейчас – самое слабое звено. Если сопьется – плохо, в царской семье алкоголиков и бездельников быть не должно. Но это полбеды.

А если ему что-нибудь предложат? Он ведь следующий после Алешки.

Хороший брат, замечательный человечек, но – мягковат. Такое тоже бывает. Вот и удалим его подальше от соблазнов. Даже если иностранные агенты и полезут ради него в Сибирь, на Урал… Ну, дело вкуса. Закон – тайга, прокурор – медведь, и приятного аппетита, косолапик.

Туда пока еще доберешься да найдешь кого надо… Нет, это вам не Москва, где шпионы себя вольготно чувствуют. Слишком вольготно.

– Кража?! Как такое может быть?

Алексей Алексеевич и верно был в шоке.

Случай был совершенно нерядовой. Кража – в царевичевой школе! Да это… это… Слов нет! Никогда такого не было, первый случай!

– Никак нет, ваше величество.

Алексей покачал головой, глядя на Воина Афанасьевича.

– Ай-ай-ай… И что же теперь делать?

– Всех допросили, государь, занятия остановили, ждем твоих распоряжений.

А какие тут могут быть распоряжения? Вот уж чего Алексей не знал, а потому… Серебряно прозвонил колокольчик.

– Пусть ко мне зайдут царевна Софья и боярин Ромодановский.

Секретарь поклонился и исчез. Алексей кивнул дядюшке на кресло.

– Ты присаживайся пока, расскажи, как тетка, как дети?

– Замечательно. Мальцы уж взрослые совсем, так я хотел тебя просить отправить их куда-нибудь послужить Руси…

– Почему бы нет? Турки там сейчас как – лютуют?

– Это плохо. Мне бы хотелось, чтобы они пороху понюхали. Ну что может вырасти из мальчишки, если он с врагом глаза в глаза не переведался?

– Не боишься отпускать?

– Боюсь.

И Аня боится. Только вот опаснее, коли они глупыми боярскими детьми вырастут.

– Уже не вырастут, не те у них родители.

– Спасибо, государь, на добром слове.

Алексей смотрел на Воина Афанасьевича.

Да уж… За пятьдесят перевалило. Уж и волосы сединой выбелило, но спина все еще прямая, тут годы не согнули.

– Что случилось, государь?

При посторонних Софья строго следила за собой. Хотя все равно иногда оговаривалась, называя Алексея братиком.