Тень змея

Тебе понравится это место!

Но оно мне ничуточки не понравилось.

Лестница вниз привела нас в просторный зал, как будто вырубленный в золотистом песчанике. Потолок нависал так низко, что я легко мог коснуться его, чуть подняв руку над головой. Археологи уже успели здесь освоиться: по стенам тянулись провода, от света голых электрических лампочек сводчатые арки отбрасывали резкие тени. Стены были укреплены железными балками, однако трещины в потолке внушали тревожные мысли. Я вообще терпеть не мог замкнутых пространств.

Примерно через каждые тридцать футов по обеим сторонам зала в стенах открывались большие квадратные ниши, в которых стояли массивные каменные саркофаги.

Миновав четвертый, я остановился.

– Для человека эти штуки слишком большие. Что в них?

– Быки, – лаконично ответил Сатни.

Смех Сатни прокатился по подземельям звонким эхом. Если тут и были какие-нибудь спящие чудовища, мрачно подумал я, теперь они точно проснулись.

– Это погребальная камера быка Аписа, – пояснил Сатни, с гордостью обводя окружающее пространство рукой.

Зия провела ладонью по крышке саркофага, вырубленной из белого камня.

– Бык Апис. Мои предки верили, что он является воплощением Осириса в смертном мире.

– Верили? – фыркнул Сатни. – Он и был этим самым воплощением, куколка. По крайней мере, в определенные моменты времени – вроде больших религиозных праздников и прочего в том же роде. В те времена мы относились к Апису очень серьезно.

Он с довольным видом похлопал по саркофагу, словно демонстрируя нам новую машину.

– У этого паршивца, который тут лежит, жизнь была просто райская. Самая лучшая пища, и все вдоволь, гарем из самых симпатичных коров, возжигание в его честь благовоний, даже специальная золотая попона для торжественных выходов, ну и прочие радости. А все, что от него требовалось – время от времени показываться на публике во время больших храмовых торжеств. Когда ему исполнялось двадцать пять лет, его с почестями приносили в жертву, потом бальзамировали, как царя, и хоронили в этом святилище, а его место занимал новый бык.

– Ну да, и в двадцать пять лет – ножом по горлу, – буркнул я. – Обзавидуешься.

Я задумался – сколько же их здесь, этих мумифицированных быков. Впрочем, особенно углубляться в подземелье, чтобы выяснить это, мне не хотелось. Уж лучше оставаться здесь, откуда еще виден проникающий в туннель солнечный свет.