Тени прошлого. Восставшие

Значит, не менять экипаж?

– Ты точно в порядке?

– Хорошо. Но медицинский осмотр для тебя углубленный. Я попрошу Петровскую более тщательно тебя обследовать. Так что не удивляйся, если она начнет задавать вопросы, не имеющие непосредственного отношения к полету.

– Решили проверить психологическую устойчивость?

– У тебя на борту будет взвод плюс штурман и борттехник. Собой рискуй сколько хочешь, другими не сметь. Если Петровская обнаружит, что у тебя что-то не так, не взыщи, экипаж сменю!

Подполковник прикурил сигарету.

– Один вопрос позволь? – Елагин посмотрел на подчиненного.

– Это вы спрашиваете? Командир?

– Сейчас нет начальников и подчиненных, хотел по-человечески.

– Давайте свой вопрос.

– Только без обиды, ладно?

– Конечно, какие могут быть обиды.

Елагин помялся, сделал несколько глубоких затяжек, затушил окурок во вкопанный в землю бак:

– Вы вот когда в гарнизоне жили, у тебя хоть когда-нибудь сомнения насчет верности жены возникали?

– И не происходило ничего странного?

Фролов пожал плечами:

– Да нет, вроде.

Обычная семья. Случалось, поругаемся, не без этого, потом помиримся. До крупных скандалов не доходило. Я служил, она в декрете была, потом родила, сидела с ребенком. Ну а потом Афган. И… последнее письмо.

– Да, жизнь иногда такие кренделя выкидывает.

– А почему вас интересует моя уже прошлая семейная жизнь?

– Есть на то причины. Извини, но о них я говорить не буду.

– Сомневаетесь в своей супруге?

– Все, Фролов. Готовься к полету и помни мои слова.

После работы возникнет необходимость поговорить, приходи. Можно и отпуск краткосрочный организовать.

Фролов невесело усмехнулся:

– Чтобы я наведался к бывшей? А лучше во время их свадьбы или обычного застолья и с боевым ПМ?

– Нет, но мало ли что.

– Я услышал вас, товарищ подполковник. Благодарю. Будет необходимость, зайду, но думаю, справлюсь сам.

– Спасибо. Разрешите идти?

Фролов вернулся в отсек.

– Чего хотел комэск?

– Он случайно услышал наш разговор. Поговорили.

– Ага, случайно, – усмехнулся Павлов, – начальство никогда ничего не делает случайно.

Нет, знать о проблеме он не мог. Просто зашел, услышал базар и стоял, слушал.

Бобров отрицательно покачал головой:

– Ты не прав, Боря. Елагин подслушивать не станет.

– Значит успокаивал? – спросил Истомин.

– Выразил сожаление и предложил сегодня остаться на базе. А вместо нас к Астару послать экипаж Корагенко. Отговорил. Все мужики, время 17:20. Меня ждет углубленный медосмотр.