Тени прошлого. Восставшие

Товарищ Петровская будет пытаться выявить изъяны в моей психике. Поэтому через двадцать минут идем в полковой медицинский пункт.

– Может, Людку подключить? Она, не знаю почему, но имеет влияние на капитана Петровскую.

– Бесполезно. У нее приказ командира части. Нарушать она его не будет. Не факт, что на медосмотре не будет и самого Елагина. Так что обойдемся без протеже.

В 17:40 экипаж «33-го» направился в полковой медицинский пункт. Капитан медицинской службы Маргарита Петровская пригласила первым в кабинет капитана Фролова.

В коридор вышла Румянцева.

Отвела в сторону Истомина:

– Илья, я чего-то не знаю?

– А в чем, дорогая, дело?

– Петровская устроила целую комиссию Фролову. Такого на моей памяти нигде и никогда не было. Какое ее дело, как летчик относится к жаре? К ней все одинаково относятся. Что происходит, Илья, или может Фролова собираются в отряд космонавтов забрать?

– Нет, Люда, все гораздо прозаичней. Об углубленном медосмотре Фролова Петровскую попросил Елагин.

– Видишь ли, я бы мог тебе объяснить, но…

Румянцева взяла штурмана за руку:

– Ох, Люда, ладно, но только между нами. Строго между нами.

– Ты же знаешь, я не болтлива.

– Знаю. В общем, Володя сегодня получил письмо от благоверной. В нем она написала, что подает на развод.

Румянцева удивилась:

– На развод? Нашла, что ли, кого-нибудь?

– Вот это фортель. Хороша благоверная. А еще о нас говорят, что мы тут отбиваем мужей.

– Согласен.

– Честно? Когда мужик на войне? Да лучше бы солгала. А потом, по возвращении, призналась. Зачем подвергать мужика лишней угрозе? Он и так здесь рискует жизнью.

– Жена Фролова решила иначе, это ее решение, и вмешиваться в отношения Володи и Ольги не следует.

– Понятно. Сам-то как считаешь, Фролов может лететь?

– Конечно, – не раздумывая, ответил штурман. – Елагин, между прочим, хотел поменять экипаж, но Фролов настоял, чтобы оставили наш.

Румянцева проговорила:

– Елагин прав, и вас надо отставлять. Неужели непонятно, что Фролов сейчас просто не может быть в полном порядке? А значит, есть вероятность того, что допустит оплошность или ошибку. И почему командир эскадрильи пошел у Фролова на поводу?

– Никто ни у кого на поводу не идет. Елагин прекрасно понимает, что если возникнет необходимость, то управлять вертолетом смогу и я один.