Власова нужно валить. Он знает о Лене и ребенке. Он сольет информацию Демьяну. О слабостях, о том, что Андрей работал на него. И сделает это сразу же, как поймет, что больше не контролирует ситуацию. Хотя бы для того, чтобы вывести его из игры и пустить Демьяна по следу. Принципу «разделяй и властвуй» Роман всегда следовал четко.
Почти безвыходная ситуация.
Если первой освободить Лену — Власов их сольет. И не только Демьяну: ментам, кому угодно. Если сначала убить Власова, которого еще нужно выследить, его люди в отместку расправятся с Леной…
У охранника зазвонил мобильник.
— Да? — лицо стало почтительным. — Понял. Поговори с шефом.
— Роман? — Андрей прижал трубку к уху плечом.
— Встретились? — ровно спросил тот.
Андрей молча ждал продолжения — а оно последует. Власов не просто так дал свидание. Не стал давить, унижать, пошел на уступки. Если хочешь получить свое — перегибать нельзя.
— Я хочу вернуть свои камни. Также хочу получить партию Демьяна. Мы отследили, куда уехало золото, тебе дадут координаты, и надеюсь, скоро ты позвонишь с результатом.
— Конечно, — покорно сказал Андрей, и вернул телефон.
Охранник направился к ждущему авто, ключ от наручников выбросив на асфальт.
Тварь.
По нему скользнул свет фар. Осветил обочину и темный лес, пока разворачивался внедорожник с людьми Власова. Андрей подобрал ключ и в один прием освободился от наручников.
Сел за руль и сразу закурил, с наслаждением глотая дым.
Красные огоньки джипа исчезли в темноте. Стих звук двигателя. Андрей курил, неподвижно глядя в темноту.
Где-то ухнула сова. Ветер прошелестел в кронах. Занятно, но если не думать ни о чем, как будто растворяешься в этой ночи. Становишься ее частью.
Лена."
"Он включил телефон — маяк уже должен работать. Точность обещали высокую, до нескольких метров. Да, ее перевезли. Он завел машину и резко взял с места. Маяк могли найти, тогда это обманка.
Вряд ли.
Лена все поняла. Она умная девочка. Не выдала, пока запихивал маячок ей в рот. Жаль, что пришлось с поцелуем — она так навстречу потянулась.
Как ни старался избегать, а она все равно привязалась… Влюбилась — молодая слишком. Понятно, ей страшно, она одна... Теперь придется от себя отрывать рвать по живому. И ничего не изменить.
Главное, чтобы не вспоминала его, не любила, когда расстанутся. Не страдала по нему, как он по Дине, не теряла свои драгоценные годы в тоске. Таких, как он, нужно перешагивать и идти дальше. А их оставлять во тьме.
И лишь бы жива осталась.
Интуиция не подвела.
