— Мне не послышалось? Неужели в вашем голосе послышалось одобрение? И оно досталось этому безусому юнцу — как обидно! Как же мне поступить, чтобы получить свою похвалу?
— Откажитесь от Пеппы, — тут же ответила Маргарет без тени раздумий.
— Вы коварная личность, Пруденс, — покачал головой Рауль. — Ведь если я соглашусь с вашим предложением, то буду выглядеть легкомысленным мотыльком. А стоит мне отказаться — я окажусь невоспитанным человеком, который спорит с дамой.
— А вы, ваша светлость, пустомеля, — отрезала она с раздражением.
— Никто не откажется от выгодной невесты ради мимолетного одобрения своей сиделки.
— Мы-то с вами знаем, что вы больше, чем сиделка, — нисколько не смутился он.
— Ну разумеется. Я — тетушка.
Рауль моргнул, явно растерявшись. Он с раннего утра вел себя странно, без причин приходя в меланхолию и без них же начиная смеяться. Сейчас им овладел внезапный приступ угрюмости, и его светлость граф Флери завопил во всю глотку на манер городского возницы:
— Эй, Леру! Слезайте с этой чертовой крыши, я не собираюсь тратить на этот чертов склеп целый день!
— Ведь у вас столько дел, — съязвила Маргарет.
— Разумеется, у меня полно дел, — нахохлился Рауль.
Бартелеми неуклюже принялся сползать с крыши, не удержался, плюхнулся в кусты, откуда донеслись развесистые ругательства и стоны.
Наконец они вошли в склеп, активировали кристаллы света и направились в глубину, где долго искали вход в лабораторию.
Сырое и мрачное помещение заканчивалось надгробиями Кристофа и Кристин, и Рауль долго дергал скульптуры своих предков за руки и ноги, надеясь открыть скрытый проход.
Повезло Бартелеми — стоило ему потянуть за меч, который держала в руках статуя прославленного Флери, как стена за могилой с утробным скрипом отошла в сторону, открывая вход в просторную комнату с огромной алхимической печью.
Студент тут же позабыл о царапинах и синяках, полученных в результате падения, и бросился вперед, суматошно размахивая кристаллом, желая разглядеть все и сразу.
Может, отдать Пеппу за алхимика? Чем дольше Маргарет приглядывалась к этому юноше, тем большие перспективы ей открывались. Благодаря такому зятю шахта могла бы приносить куда больший доход, и не пришлось бы тратить нервы в бесконечных спорах с гильдией.
— Скажите мне, Бартелеми, где вы живете в Арлане? — спросила она, следуя за ним в лабораторию.
