The Мечты. Бес и ребро

Когда Стефания прикатилась в Солнечногорск и ее взяли в театр, она еще не думала, что ей предстоит и здесь окунуться в мир так называемой элиты. Это отличалось, конечно, от того, к чему она привыкла в столице, но функционировало по тем же правилам, только доведенным до какой-то карикатуры. Как отражение в кривом зеркале.

Жена Панкратова покровительствовала местному театру и бедного Олега тягала на все премьеры. После «Романтического уик-энда», Стефания там играла свою первую в этой опале главную роль, состоялся банкет, на котором Олег ее и заметил.

И плевать ему было на то, что на руке у него висела его собственная, родная баба. На следующий день бог весть откуда он разузнал ее номер (хотя и так ясно, Юхимович посодействовал), и понеслось.

Влюбленности с ней не случилось, но льстило. Особенно в свете проблем, свалившихся на ее голову. А там перечислять до бесконечности, но можно выделить главную: почти полное безденежье после увольнения из театра Брехта. Нет, кое-что у нее все-таки было. Некоторые сбережения, которые она предпочитала не тратить, держать на совсем уж черный день в полной уверенности, что тот еще не наступил, что могло быть хуже.

Сеансы самовнушения! Но жить в одной квартире с братом, его женой и двумя детьми, как оговаривалось «первое время», – ей надоело довольно быстро.

Пентхаус в «Золотом береге» был куда более заманчивой перспективой. Даже при том, что к нему прилагался Панкратов. Он был старше ее на восемь лет, но успел обрюзгнуть и лишиться доброй половины так называемой прически.

Еще он был грубоват, в меру ревнив (терпимо, в смысле), не особенно прозорлив и глубоко-глубоко женат. На роль мужа не годился совсем, но Стефанию и это устраивало. Впускать в свою жизнь чувства она не намеревалась. Сейчас ее главной задачей сделалось банальное выживание. И за последние полтора года мало что изменилось. Разве только то, что она все же рискнула и вложила средства (те, что на черный день, и сэкономленное из подачек Олега) в строительство жилищного комплекса на другом конце Солнечногорска, потому что отдавала себе отчет – ей нужно что-то свое. Только свое. И осуществить это лучше, пока у нее есть подушка безопасности по кличке Панкратов.

В качестве подушки безопасности, или как говорил Жильцов, тыла – Олег подходил ей более чем. А особо – как стопроцентная защита от нежелательных посягательств со стороны других мужиков, которые и правда всполошились, когда в ареал их солнечногорского обитания залетела эта диковинная экзотическая птичка.