The Мечты. О любви

Они будут рыть, мы будем разгребать отвалы. Но это нормальный процесс, потому будем решать проблемы в процессе их поступления.

— А вот интересно… это у тебя в развитии сейчас наступила стадия «я сам», как у трехлеток, или это я правда старый и кипишный стал?

Богдан хмыкнул и на мгновение задумался, подбирая слова. Отец как-никак. И наконец проговорил:

— Кипишный ты по жизни, вообще-то.

— Ну спасибо, сын, — хохотнул Роман Романович и растер переносицу. После пошарил в кармане пиджака, вынул футляр с очками и напялил их на нос.

 — Я на той неделе уезжаю в столицу, надолго. Курировать стройку. Минимум на пару недель, потому как у нас не только на бумагах надо, чтоб никто подкопаться не мог. Если будет усугубляться — звони, слышишь? Да даже просто посоветоваться — звони. Ты всем доказал давно, что справляешься и справишься самостоятельно. Но в том, чтобы посоветоваться, — точно ничего такого нет.

— Надеюсь, не понадобится, — легко проговорил Богдан, — у тебя и своих хлопот предостаточно. Но я знаю, правда.

Если что — обязательно позвоню.

— Хорошо. Тогда я погнал, а то и правда обед скоро… Стратегически важный кофе с супругой. Все еще не теряю надежды убедить Жеку приехать ко мне с Лизкой, у мелкой как раз неделя каникул.

— Работа у нее! Трудится. Некогда вздохнуть. Скоро убедишься, что у твоей сестры Малич тоже дел слишком много по сравнению с тобой, олигархом несчастным, — расхохотался Роман Романович, подхватываясь со стула.

— Придумаю ей благотворительный фонд со свободным графиком, — сообщил на прощание Моджеевский-младший.

— Ну попробуй, с удовольствием на это посмотрю! — обнадежил его отец и свалил.

А стало быть, теперь, скорее всего, как минимум, до второй половины апреля они не пересекутся. И желательно добиться до этого времени устранения хотя бы части навалившихся катаклизмов. И на корпорацию, и лично на него, Богдана Романовича Моджеевского. Потому что сдерживать отца, даже когда тот делает вид, что полностью доверяет и стоит в стороне, чем дальше, тем будет труднее.

С другой стороны, Богдан прекрасно отдавал себе отчет, что Моджеевский-старший прав. Раз уж столь пристально внимание к строительству стадиона, то на объекте он нужнее. На месте. Там и мышь не проскочит в присутствии отца. И значит, этот фланг закрыт абсолютно и полностью. Рита отмашется перед министерством. Антикоррупционное бюро — не факт, что вообще припрется, а даже и если — у него к тому времени, даст бог, будут результаты независимой проверки на руках.