Тёмное сердце ректора Гордеева

Я всмотрелась – выйдя из дома, старушка стояла напротив, у самой калитки, и что-то показывала руками – какой-то непонятный мне жест…

– Она хочет, чтобы ты что-то… потрогала? – догадался Демьян, тоже всматриваясь во тьму.

– Картину? – интерпретировала я странную жестикуляцию, вопросительно указывая на портрет Мариэтты. – Ты хочешь, чтобы я потрогала картину?

Старушка неистово закивала, будто услышала. А потом сделала пальцами совершенно характерный и ужасно пошлый жест, которым обычно изображают… половой акт.

Не веря своим глазам, я глянула на Демьяна.

– Бедная бабуля рехнулась? Или ей просто скучно?

– Одно из двух, и ни одно нам не подходит. Пойдем отсюда и в самом деле – бутербродов от этой ненормальной мы явно не дождемся.

– Нет, теперь ты погоди, – остановил меня Демьян. – Откуда-то же здесь взялся портрет Мариэтты, о котором знают только нелюди… Да и бабуля, смотри, уходит. То есть… шоу от нас ей не нужно. А что? Ты вообще что-нибудь понимаешь?

К моему удивлению, я вдруг начала понимать.

– Мой дар… – медленно произнесла, соображая на ходу. – Дар видеть сквозь стены. Он ведь включается, когда я возбуждена…

– Ты хочешь сказать… что она и об этом знает?

– Она хочет, чтобы я включила дар, чтобы увидеть то, что за картиной! – ахнула я, сложив последний кусочек мозаики в одно целое.

– Черт возьми, я недооценивал того, кто тебя отравил… Может, стоило?

Я снова глянула в окно – старушки-привидения и след простыл. Никого больше не было вокруг – ни внутри дома, ни снаружи.

Я кивнула в ответ на принятое решение.

– Хорошо. Давай попробуем – раз уж мы здесь. Иначе я всю жизнь буду мучиться вопросами… Всю свою короткую, бездетную жиз…

Без единого слова Демьян развернул меня и залепил рот смачным, по-хозяйски властным поцелуем, от которого сразу же стало жарко.   

Через целую, долгую минуту оторвался, любуясь на произведенное впечатление – мои явно покрасневшие щеки и загоревшиеся возбуждением глаза.

– Достаточно… или продолжим? – промурчал, прижимая меня к себе за талию.

– Не удивлюсь, если бабуля установила здесь камеру, чтобы потом как следует насладиться зрелищем… Так что, думаю, что достаточно.

Старательно крутя в голове эротические образы, я подошла к картине. Готовая в любую секунда отдернуться и сбежать отсюда, медленно протянула руки… одну за другой прижала ладони к шероховатой от сухой масляной краски поверхность.