Что он… не знаю… просто невероятный мужик, че-ло-ве-чи-ще. И сердце у него большое-пребольшое. Заштопанное кое-как.
– Зачем же? Я вам сам все скажу. Это не ваше собачье дело, – звучит откуда-то сбоку наполненный яростью голос Феда. Твою ж мать! Я оборачиваюсь.
– Федь…
Он размашисто шагает ко мне. Боря преграждает ему дорогу. Я взмахом руки отгоняю охранника, и тот не смеет мне возражать. Пользуясь этим, Фед хватает меня за локоть и дергает на себя. Я по инерции налетаю на его ходуном ходящую грудь. Дыхание обрывается.
Борис вновь наступает, не в силах допустить, чтобы со мной вот так обращались. Я понимаю, что еще немного, и они сцепятся с Федором прямо у меня на глазах. Тот только этого, похоже, и добивается, не прочь переключиться с душевной боли на боль физическую. Мой бедный, загнанный в угол мальчик…
– Боря, выйди. Дальше мы сами.
– Дина Владимировна…
– Я сказала, выйди!
– Буду где-то поблизости, – стиснув зубы, цедит Борис и проходится по Федору полным неприкрытой угрозы взглядом. Хлопает дверь.
Я облизываю пересохшие губы.
– Что?"
"Он пахнет осенью, прохладой и чем-то больничным. Я думала, что до глубины души возненавидела этот запах, пока лежала в реанимации, но Феду он необычайно идет. И меня ведет от него, меня штормит, будто пьяную. Я безвольно прислоняюсь к щеке Федора лбом. Не ожидая этого, он весь на мгновение каменеет, и тут же отшатывается от меня, как от чумной.
– Ничего. Просто не лезь в это, – цедит он, играя желваками на скулах. – Где мальчики? Мы поедем домой.
– Даже если тебя там ждут? – шепчу я едва слышно.
– Тебя это не касается.
– Я просто хочу помочь… – повторяю в который раз.
– Нет. Ты просто… меня хочешь, – растягивает губы в кривой улыбке Федор. При виде этого насмешливого оскала мне хочется отступить, но я боюсь, споткнувшись о собственное сердце, растянуться у его ног. Зная, что никогда себя не прощу, я все-таки замечаю:
– Одно не мешает другому.
– Серьезно? Хм… – он отступает на шаг. Придирчиво меня осматривает. И отвернувшись к окну, замечает мертвым, лишенным жизни голосом: – Я не приму от тебя подачку.
Но мне нужны деньги, и я готов их отработать.
Я понимаю, что если у нас и могло быть какое-то будущее, то прямо сейчас оно превращается в тлен. Каждое его слово ударяет наотмашь… И несмотря на то, что меня в шутку прозвали титановой королевой, сейчас я, хрупкая, как стекло, ломаюсь…
– Каким же образом?
ГЛАВА 16
Федор
– Я могу предоставить тебе услуги массажиста. За плату.
