Им плевать, что ты натворил при жизни и за что тебя запихнули сюда; для них более значимо, как ты ведешь себя внутри этих стен. И неважно, жив ты или уже нет. Неважно, отбываешь ты срок или работаешь на них, не имеет никакого значения, какую роль ты выполняешь, – если оступишься, наказание твое будет ничем не лучше и не хуже, чем для остальных. Так что считай свои косяки и прикидывай, что тебе за это будет. Чем больше накосячишь, тем хуже будут твои дела. Лично мне теперь ничего хорошего не светит.
Он смотрел внутрь камеры, где лежало тело, а я стоял над ним и слушал его унылые разглагольствования.
– То есть ты так уверен, что мы не сможем? Пробовать ты даже не намерен?
Мысль о том, что я буду блуждать по этим тоннелям в одиночку, пугала меня до мурашек, и я смотрел на Вадика умоляюще. Но он лишь медленно покачал головой из стороны в сторону.
– Да и хрен с тобой! Нужно было не мешать ему дубасить тебя! – кричал я в сердцах, стараясь задеть Вадика как можно сильней, но этого не требовалось, он и так был раздавлен.
Я посмотрел через поручень и, увидев, что весь первый и половина второго этажа заполнены вываливающимся из тоннеля туманом, поспешил в сторону лестницы и, незаметно спустившись вдоль стены, занырнул в это всепоглощающее неосязаемое море, несущее весть о приближении «мертвого» состава."
"Колеса стучали, я ждал момента, когда состав появится, и тогда я смогу попытаться проникнуть незаметно в тоннель под покровом тумана. Я и сам не заметил, как принял решение бежать. Мне казалось, что это так очевидно, что я даже не попытался найти иного выхода из этой ситуации, а возможно, я просто давно уже для себя все решил.
Вот он, момент. Сейчас появится состав, и как только он полностью выйдет из тоннеля, я смогу быстро прошмыгнуть внутрь. Я не отходил от стены и продолжал двигаться вдоль нее, чтобы случайно не упасть. Бледно-зеленоватый свет ламп подсвечивал марево, придавая ему зловещий вид и ощущение, что в любой момент нечто схватит тебя и утащит в небытие.
«Итак, поезд!» – скомандовал я сам себе.
Звук выезжающего состава разнесся по всему крылу, разлетелся долгозвучным эхом и своей движущейся массой раскидал туман в стороны.
Но самого состава видно не было. Я смотрел на пустую железную дорогу и не понимал, в чем дело. Звук есть – вагонеток нет.
«Что еще за чертовщина?» Я осторожно заглянул внутрь тоннеля, но там было пусто, лишь туман, расщепляющийся на атомы.
Я повернул голову обратно и чуть не вскрикнул от неожиданности.
