– Ну да, она там уже давно, – сказал я немного обиженно, не понимая странной реакции.
– Олежка, не надо мне п***ть. – Толик никогда не стеснялся выражать свои эмоции на людях, более того, считал это необходимым. – Я всю страну исколесил вдоль и поперек, ну ты ж знаешь, батя-то тебе рассказывал.
Я молча кивнул, разговаривать особого желания не было.
– Так вот, я знаю все тюрьмы от сих и до Урала и первый раз слышу о том, шо в Кулаево есть тюрьма. – Он самодовольно улыбнулся.
Я лишь пожал плечами в ответ. Спорить с ним и доказывать что-либо смысла не было, к тому же подошла моя очередь пробивать товар.
– Ну, бывай, Олежка! – помахал мне напоследок Толик, и я, взяв свои покупки, поспешил удалиться из магазина, чтобы еще кого-нибудь не встретить.
Пока я шел по зеленой, наполненной летними красками улице, глядя на то, каким теплым и приветливым был мир вокруг, я вспомнил сырой, прохладный туман, висящий над полем, над деревней, скрывающий со всех сторон тюрьму. Единственным логичным объяснением этого беспросветного марева для меня была болотистая местность, но неужели там всегда так – вечная пелена и противный холод? Как же там люди жили во времена процветания деревни?"
"Слова Толика не прошли мимо моего внимания.
Я хоть и не любил таких людей, как он, они всегда вызывали у меня некое отвращение, но надо отдать ему должное, он действительно объехал всю нашу родину. Они с моим отцом работали в одной конторе, и оба бóльшую часть жизни провели в пути, глядя на страну, на то, как она живет и меняется.
Здесь он, конечно, мог поспорить в любом вопросе, касающимся той или иной местности. Хотя как знать, он уже лет пять не держал руль в руках, тупо пропивал нажитое, возможно, это сказывается на памяти.
За этими мыслями я не заметил, как добрался до квартиры. Еще на лестничной площадке почувствовал запах фирменных котлет Алины. Зайдя внутрь, я увидел на полу моющие средства, а из ванны доносился шум стиральной машинки.
«Ушла в уборку и готовку, значит, все разговоры отложены до вечера».
Я не стал подходить к ней, вместо этого взял свой любимый квадратный бокал и направился в комнату, где плюхнулся на диван и, схватив в руки пульт, начал щелкать каналы на телевизоре.
День тянулся медленно, как и моя бутылка. По телевизору показывали старые американские комедии, Алина без конца шумела пылесосом, то и дело заходила протирать пыль, потом мыла полы, окна, все это время мы не разговаривали, лишь перекидывались иногда парой фраз.
