Тление

 — Еще раз спасибо, что защитили всех в этом отеле.

— Я видела в новостях всех этих несчастных.

— Ага, — сказала я, и, поскольку мне плохо давались паузы, спросила: — Вы случайно не видели, никто не покидал номер перед тем, как вы вошли?

Она покачала головой.

— Вы много комнат открыли перед тем, как нашли нужную?

Мона моргнула и нахмурилась.

— Когда срабатывает пожарная сигнализация, это, должно быть, очень страшно, и все пытаются выбежать наружу, но вы взяли себя в руки и нашли источник огня.

— Мне было очень страшно, но я почувствовала дым, и знала, что в одном из номеров остановился вампир, поэтому все, о чем я могла думать, это то происшествие в Нью-Йорке.

Я не могла допустить, чтобы у нас произошло то же самое.

Я подумала о том, что она никак не могла учуять дым — ковер лишь чуть-чуть занялся огнем, но, может, ей показалось, что почуяла, потому что она увидела пламя, и дым пришел ей на ум ассоциативно. Память — штука забавная, она заполняет пробелы тем, что ты только предполагаешь, а не тем, что произошло в реальности.

— Вы заметили всполохи пламени в проеме под дверью? — спросила я.

— Нет, дверь сидит плотно, там нет проема.

— Что ж, полагаю, повезло, что пожар в Нью-Йорке засел к вам в голову, вот вы и ринулись к нужной двери, прямо в номер вампира.

— Об этом инциденте трубили по всем новостям, поэтому неудивительно, что вы, работая в отеле, прокручивали этот пожар у себя в голове.

Мона кивнула, но выглядела при этом озадаченно или еще как-то. Я не могла прочесть по выражению ее лица.

Она в шоке? Такое бывает после того, как чрезвычайная ситуация уже сошла на нет, даже если ты сам в ней не пострадал. Ее должны были осмотреть. Кто-то же должен был это сделать.

— Вы сами не пострадали, не обожглись?

Она покачала головой, пялясь в одну точку перед собой, но я не думаю, что она видела там что-то сверхъестественное. Это просто было место, куда она смотрела, попутно переваривая произошедшее.

— Мона, вы в порядке? — я глянула в коридор, выискивая там других полисменов, чтобы ко мне подозвали Дольфа, но все они были слишком далеко — мне пришлось бы кричать, чтобы они подошли.

Мне не хотелось подставлять Кей или объяснять кому-то, почему ей пришлось покинуть свой пост. У женщин может быть сестринство, даже если это женщины-копы, но я знала, насколько это трудно — быть одной из парней, когда биология постоянно напоминает тебе, что на самом деле это не так. Тяжелые месячные могли разрушить репутацию, даже если у Кей она была очень хорошей.