Я восхищаюсь ее яркой бирюзовой блузкой и милыми желтыми шортами, такими короткими, что они обнажают ее стройные ноги и, вероятно, отвлекают всех мужчин – за исключением Тома. Соня тоже приоделась в стиле вечера, щеголяет в длинной летящей юбке и ярком кружевном жилете, связанном крючком. Даже Каро откопала легинсы с радужным узором и дополнила их гавайской рубашкой, которую, наверное, одолжила у парней – она полностью скрывает ее округлившийся живот.
Только Сандрин, как и я, проигнорировала тему вечера – она одета в строгие черные брюки и красную шифоновую блузку с помадой в тон.
Она встречается со мной взглядом – ее лицо непроницаемо, а после отворачивается.
Я смотрю ей в спину, раздумывая. Не она ли удалила видео Жан-Люка?
Но зачем ей это? И зачем делать это с моего аккаунта? Здесь что-то не сходится.
Забудь, строго приказываю я себе. Наслаждайся вечером.
Заметив, что дальняя стена увешана открытками и пожеланиями, я подхожу рассмотреть поближе. Все они с других антарктических станций, всего около пятидесяти, с пожеланиями счастливой середины зимы.
Большинство представляют собой групповые снимки других команд, сбившихся в кучу на льду, кто-то машет, все улыбаются, Роб, должно быть, распечатал их из разных электронных писем. Подписи на дюжине языков: английский, русский, испанский, французский, немецкий, японский, даже китайский.
– Коктейль?
Я поворачиваюсь и обнаруживаю позади Арне, протягивающего мне стакан с янтарной жидкостью, по краю украшенный сахаром и дополненный миниатюрным бирюзовым зонтиком.
– Спасибо. – Я делаю глоток. Приторный фруктовый вкус и согревающий эффект алкоголя. – Ммм… что это?
– Рики Тики – сок ананаса и манго с кокосом и пряным ромом.
– Вау… очень тропический.
– Мы старались.
– Поразительно, как нас много, – киваю я в сторону фотографий на стене.
– Около тысячи, – говорит Арне. – Хотя летом почти в пять раз больше.
Я представляю их всех, как и мы, празднующих смену одного сезона другим, приветствующих наше медленное, но неизбежное освобождение от темноты.
– Ты знала, что середину зимы в Антарктике празднуют уже больше столетия? – Арне делает глоток. – Это большое событие. Когда я был на Мак-Мердо, вечеринка длилась целую неделю.
– Серьезно?
– Ага, – улыбается он. – Мы делали все. Костюмированные вечеринки, квесты с расследованием убийств, игровые турниры, игры на выпивание и все такое.
– Звучит весело.
– Кроме похмелья. Я два дня валялся в кровати после этого.
