Кроме того, спрашивает голос у меня в голове, кто засыпает незадолго до того, как совершить самоубийство? Наверняка он был бы в таком состоянии, что и глаз не сомкнул бы?
Каро права. Ничего не сходится, по крайней мере, в версии событий Сандрин."
"Я смотрю на экран компьютера. Что, если кто-то снял браслет Алекса и уничтожил его как раз потому, что не хотел никаких доказательств случившегося в последние минуты его жизни? Я думаю о порванной рубашке Алекса, о следах связывания на его лодыжках – свидетельствах какой-то борьбы, которая могла бы отобразиться в данных.
О его неожиданно подскочившем сердцебиении, указывающем на то, что кто-то мог войти в комнату и разбудить его.
Cette pauvre fille.
Эта бедная девочка. Слова Жан-Люка заполняют мою голову. Что сказал Алекс, когда я поймала его в столовой? Что доктор был расстроен из-за женщины, погибшей на льду.
Три человека, которые там умерли. Трое, чьи смерти повисли знаком вопроса. Антарктика – это опасное место, несомненно. Но это, похоже, складывается во что-то намного большее, чем совпадение.
– Мне еще что-то нужно сделать? – голос Роба возвращает меня к реальности. Я вдыхаю, затем медленно выдыхаю, пытаясь спрятать нарастающее беспокойство.
– Что насчет той ночи… ты мог бы получить доступ к данным остальных, посмотреть, есть ли что-то необычное?
– В каком плане необычное? – хмурится Роб.
– Я не знаю. Просто хочу проверить.
Он вздыхает, явно понимая, к чему я веду.
– Ладно, но некоторые снимают браслеты ночью, так что ты вряд ли получишь много информации.
Роб прав. Несмотря на мои настояния не снимать браслеты ради данных сна, они практически меня не слушают. Я не могу их винить. Пластиковые ремешки могут раздражать кожу, и люди всегда жалуются, что от них потеют запястья.
– Конечно. Но ты можешь все равно проверить?
Роб открывает еще одно окно, внимательно его изучая. Я жду так терпеливо, как могу. После моей последней дозы прошло три часа, и желание добавки становится все сложнее игнорировать, как усиливающийся зуд.
– Что там? – интересуюсь я через минуту. Роб смотрит на экран в замешательстве.
Он нерешительно поворачивает его ко мне. Я узнаю такой же плоский план, как раньше, приближенный на спальные помещения.
– Это комната Алекса снова, в 2.15. Ты можешь видеть сигнал его трекера здесь.
Я чувствую, как мой собственный пульс начинает учащаться, когда еще одна последовательность точек появляется в коридоре. Мгновение спустя они оказываются прямо в комнате Алекса.
