Мужчины были не из разговорчивых, но оказались куда учтивее, чем можно было ожидать.
— Эй, Смит! — окликнул его Уильям Дадли. — Поди-ка со мной. Разговор есть.
Однако начинать разговор босс не спешил. Он долго сверлил Джеремайю тяжелым взглядом, барабаня пальцами по письменному столу в кабинете. Молодой человек ждал от начальника если не объяснений, то хотя бы команды сматывать удочки. Однако Дадли неожиданно завел разговор о делах, причем делано будничным тоном.
— Сэр… Я думал, мы уезжаем.
— Назначенные на завтра встречи слишком важны.
При этих словах Уильям Дадли коснулся рукояти револьвера на поясе.
Тучи сгущались над Новым Орлеаном не только метафорически: ночью зарядил ливень. В шуме дождя Джеремайе чудились зловещие шорохи, словно кто-то крался за окном. Еще больше нервировало то, что если там действительно скрывается враг — звуки грозы помогают ему остаться незамеченным.
Неудивительно, что уснуть не получилось. Джеремайя не особо и пытался. Сидел с прикрытыми глазами в кресле, не раздевшись.
От раската грома Джеремайя вздрогнул. В голову закралась дурацкая мысль: этот звук мог скрыть выстрел.
Новый раскат грома. Джеремайю потянуло вниз: убедиться, что всё в порядке, никто не умер. И посмеяться над собственной паранойей. Он уже поднялся с кресла, когда дверь кабинета отворилась.
Мистер Дадли, выходит, тоже почувствовал неладное. Он махнул левой рукой — мол, сиди, Смит. Затем указал на дверь комнаты дочери.
Джеремайя понимал: в бою от безоружного толку нет. Самое полезное, что он мог при случае сделать — позвать на помощь, если таинственный враг проберется к Элис. Залезет по фасаду в окно, например… Но понимать и делать — разные вещи. Поколебавшись, юноша направился вниз — туда, где уже скрылся в темноте мистер Дадли.
Гарри Мак лежал под лестницей. Лежал так, что сразу ясно: мёртв.
