Они были так же слепы и глухи к ужасу, пришедшему в Новый Орлеан, как в момент объявления о матче. «Ничего необычного».
Убегая по бровке, я видел «Нечестивца», у которого лицо вытянулось на манер волчьей пасти. Он скалился, клацал зубами и брызгал слюной, но страх от этого зрелища не остановил меня — даже напротив, заставил бежать ещё быстрее. Тварь ловко нырнула под ноги, однако я умудрился перепрыгнуть её и всё-таки перевёл нашу атаку на десять ярдов вперёд.
Это, правда, не помогло: уже на следующей попытке мы потеряли мяч.
На поле вышла защита «Лепреконов», нападение отправилось на скамейку — с неё-то я наблюдал за квотербеком гостей, который оказался самой мерзкой тварью из всех.
Его руки вытянулись — свисали теперь ниже колен и будто костей лишились. Это до сих пор были человеческие руки, но двигались они подобно щупальцам: свободно изгибались в любую сторону, скручивались кольцами. Худощавый верзила покачивался, словно стоял под водой. Розыгрыш: центровой нападения «Нечестивцев» бросил мяч квотербеку.
Кисть квотербека обвилась вокруг мяча. Рука продолжила скручиваться, наматываясь на спортивный снаряд, пока он не поднялся туда, где должен находиться локоть. Распасовщик взмахнул рукой-щупальцем, резко размотал её — и запустил мяч будто из пращи, использовав инерцию и хлёст.
Это был пас на полсотни ярдов, такие не в каждом профессиональном матче увидишь. Ресивер «Нечестивцев» давно набрал скорость и явно успевал передачу принять — причём почти перед зачёткой.
С ресиверами за такие передачи борются корнербеки — те же по сути игроки, но выступающие в команде защиты, а не нападения. Наш корнербек от «Нечестивца» отставал: мистер Ли вскочил со скамейки и истошно завопил, вероятно, надеясь придать своему игроку ускорения.
Увы, это так не работает. Перед нападающим «Нечестивцев» оставались теперь только наши сэйфти — два последних защитника.
Тварь из Аркхэма ворвалась в нашу конечную зону. Рики выругался по-испански, Линк с досады ударил по лежавшему на коленях шлему.
— Вот видите?! — вопил мистер Ли. — Вот это футбол! А вы как балетный кружок…
Даже Адамс опустил глаза. Ему проигрывать тоже не хотелось.
