Только не он! или Как выжить в академии?

А эти… – он ткнул пальцем в сторону остальных пленников, – хотят его сместить. Я не позволю!

Стоило ему закончить свою пылкую речь, как Алеена, ругаясь, принялась вырываться из плотного воздушного кокона. А я, осознав, что с больными людьми лучше не спорить, попыталась ее успокоить. Тычок плечом в плечо, вроде как, подействовал.

– Мистер Рубен, – спокойным голосом обратилась я к нему по имени. – Я полностью на вашей стороне и тоже поддерживаю ректора. А потому прошу вас отпустить меня и моих друзей. Мы ни в чем не виноваты и никому жаловаться на мистера Поля не собираемся.

– Я все понимаю, мисс Алекса, но не могу рисковать. Вам, как и остальным, придется остаться здесь.

– А ректор Поль в курсе, что тут происходит?

– А зачем его тревожить? Меньше знает, крепче спит. Я обо всем позаботился. Заставил их написать записки об увольнении. Перегнал лошадей в надежное место. Никто ничего не узнает.

– И как долго вы собираетесь нас здесь держать?

– Не могу вам ответить, – пожал он плечами. – Все зависит от обстановки.

Он вытащил из кармана еще больше серых от грязи тряпок, подошел к нам с Алееной и принялся по очереди связывать ноги и руки.

– Что вы имеете в виду под безопасностью? Нам ждать, когда ректор сам уйдет на покой?

– Возможно. Взгляните на ситуацию с другой стороны – зато вы живы и здоровы. Я не забываю кормить пленников, как бы они не пытались вывести меня на агрессию. Повторюсь, я не убийца!

«А всего лишь тюремщик и угнетатель» – захотелось закричать, но в этот момент тряпка закрыла мне рот.

– Завтра утром зайду. Надо еще успеть состряпать ваш побег, – за мужчиной закрылась дверь, а так как он не забыл забрать с собой фонарь, мы остались кромешной темноте.

Помимо пробиравшего до нутра озноба, виски сдавливала опустошенность, что появлялась после сильного выброса магии. Меня начало клонить в сон, но забыться мешала паническая дрожь.

А ведь одна маленькая, коротенькая записка могла бы спаси нам жизнь.

От самобичевания меня отвлек внезапно раздавшийся в тишине скрежет.

Судя по тому, как притихли и напряглись сидящие рядом люди, странный шум мне не послышался. Очень быстро он сменился глухими ударами, а те, в свою очередь, коротким, но душераздирающим криком.

Друзья прижались ко мне с двух сторон. Я зажмурилась, а по спине пополз липкий холод.

Первый же стук, заставил нас дернуться на месте.