Только вернись

Но мой феерический триумф прерывает чужое вмешательство. В прихожей слышится собачий лай и голос охотника:

– Кто здесь? Бобик, ну-ка проверь!

– Глеб, я ведь говорила, – пищит Каролина, заправляя футболку в джинсы. – Что теперь делать?

– Простите, мы заблудились! – кричу, разочарованно застегивая джинсы. – Идем, Каролина. Не бойся.

Оборачиваюсь, чуть не столкнувшись с охотником. Высоченный мужик с бородой-лопатой выглядит устрашающе. Но куда страшнее сморится его псина – огромная, с головой, как у медведя и красными глазами.

– Глеб, я боюсь… Он нас сейчас сожрет.

– Тише, тише… Мы уже уходим, – поднимаю руки в примирительном жесте. – Извините нас, что ворвались без приглашения.

– Никуда вы не пойдете, пока я дом не осмотрю, – хмурится мужик.

Каролина мгновенно сникает. Втягивает голову в плечи и бледнеет. Ее подбородок дрожит от страха, из глаз исчезает блеск. Вот тебе и расслабил, называется…

– Пожалуйста, отпустите нас. У меня маленькая дочка, она с няней на берегу. Мне просто… Мне стало плохо.

– Каролина, да чего ты оправдываешься? Мы не воры. Идем, – хватаю ее за руку, собираясь пройти, но огромный пес скалится и грозно рычит, заставляя замереть на месте. – Уберите пса, не то я…

– Что ты сделаешь, а? – хмыкает охотник, поправляя висящее на плече ружье.

– Мужик, отпусти по-хорошему. Мы ничего не трогали. Проверь – твое барахло на месте.

Он скользит взглядом по стенам дома, задерживается на полках, столе, посуде, а потом останавливает его на Каролине.

– Красивая баба. Может, поделишься?

– А не пошел бы ты! Пропусти, мразь. Или я не посмотрю, что у тебя собака – порву и ее, и тебя. Сначала ее. А ты будешь смотреть.

– Может, оставишь ее на пять минут? Я быстро… Ко мне тут редко кто захаживает, я…

– Сука! Ты меня достал. Это моя женщина, тебе ясно? Моя.

– Я заплачу. Видно же, что не жена, а так… Потаскушка местного разлива.

Глаза затягивает черное марево. Не помню, как срываюсь с места, закрывая Каролину собой. Хватаю со стола деревянную разделочную доску и что есть силы бью мужика по плечу. Не решаюсь проделать этот прием с головой – он может не оклематься.

– Ах вы… – он валится на пол, издавая хриплый стон. Посуда и мебель дребезжат, воздух взрывается от собачьего лая.

Пес кидается к хозяину, а я, воспользовавшись заминкой, хватаю Кару за руку и бросаюсь вперед.