Только вернись

– Что ты задумал? – краснею, прекрасно понимая намерения Вяземского – они слишком явно написаны на его лице.

– Сказал же, что хочу тебя расслабить.

– Я не стану пользоваться чужой постелью. Глеб, за кого ты меня принимаешь, я…

Он втягивает меня в полутемное помещение и на ощупь находит громоздкий предмет мебели – стол или тумбу. Снимает с себя ветровку, застилает поверхность, а потом подхватывает меня и сажает на край. Урчит, как кот, зарываясь носом в мои волосы, осыпая поцелуями щеки и шею…

– Глеб, я боюсь.

Вдруг хозяин придет и спустит на нас собак? Или… – поднимаю на него растерянный взгляд.

– Тогда в твоих интересах замолчать и… расслабиться.

Вяземский дергает пуговицу на моих джинсах и спускает их вместе с трусиками. Раскрывает мой рот языком и ворует дыхание. Кусает губы, гладит спину, перебирает пальцами волосы. Проникает в душу с каждым прикосновением… Господи, нам даже не нужно приноравливаться друг к другу – я помню каждую его родинку, шрам, впадину или выпуклость. Я так его любила… Горела в сильных руках, пока однажды его пламя не сожгло меня дотла…

Его сильные пальцы скользят под кружево моих трусиков, мгновенно орошаясь вязкой влагой.

Я подаюсь вперед, навстречу ласке, целую его губы, крепко сжимаю широкие плечи. Бегу к краю пропасти, как одержимая бесами сумасшедшая. Чувствую, как по спине ползут капли пота, а низ живота тяжелеет от приближающегося цунами…

– Да, моя девочка, вот так… – он держит мое обессиленное тело в руках, пока я качаюсь на волнах блаженства.

 – Теперь моя очередь, – хрипло добавляет он.

В этот момент входная дверь скрипит, а в коридоре слышатся тяжелые шаги и собачий лай…

Скорее надо все это заканчивать… Рвать, пока тонко, уничтожать, не оставляя следа, сжигать, а не строить… Я и не желаю ничего строить. Только не с ней… С Юлей да… С Машей – хозяйкой сети салонов красоты – тоже да… Но не с ней. Слишком опасно… Не помню, чтобы когда-либо так напрягался. Думал о ком-то, переживал, возбуждался… У меня все время стоит на нее… Чертова девка! Она умудряется быть сексуальной в широких джинсах и объемной кофте, с завязанными в узел волосами на макушке.

И в ней нет ничего от Леры – моей Леры из прошлого… Иногда мне кажется, что улыбка осталась прежней, глаза, шея, линия подбородка… Но стоит ей прищуриться и что-то сказать, видение улетучивается. Передо мной предстает другая – Каролина Чацкая – ведьма воплоти. Циничная, бесчувственная, дерзкая, уверенная в себе стерва.