Только вернись

Ума не приложу, кому я перешла дорогу?

– Может, это кто-то из врагов твоего отца? Или деда? Ты же не знала последнего? Чем он жил, как вел себя с людьми? – говорит Глеб.

– Ты прав, Глеб. Я обязательно скажу об этом Свирепому, он завтра приедет?

– Сюда? Зачем, Кара? Мы отдыхаем и находимся в безопасности. Пусть отрабатывает деньги, которые благополучно просрал.

– Мамуля! – прерывает наш напряженный разговор Милана. – Там на берегу дедушка с удочкой. Он ловит рыбку? А розовая лодка есть? Ты обещал меня покатать.

– Пойдем, малышка, – Глеб широко улыбается и подхватывает Милану на руки. Юлия права – они на одно лицо. И как Вяземский до сих пор не догадался? Глаз у него, что ли, нет?

Глеб подходит к мужчине и просит разрешения воспользоваться его удочкой. Обещает щедро отплатить, но старик смущается и отказывается от вознаграждения, вкладывая удочку в руки малышки.

– Держи, кукла. Папу попроси, пусть он тебе поможет, а то уронишь, и рыбка уплывет, – кряхтит мужчина, пристраиваясь возле Миланы на складной табуретке.

Река бросает мелкие волны на берег, солнце золотит водную гладь и путается в шуршащих камышах. Все словно ликует, радуется лету, живет и царствует, пользуясь моментом… Дышит, пахнет, жужжит и смеется… Лишь мое сердце уныло сжимается, а Глеб это видит. В очередной раз он бросает на меня пристальный взгляд, как будто заглядывая в душу. Я отворачиваюсь, не в силах его выдержать. Смотрю на водную синеву, глубоко дышу, стремясь заразиться настроением окружающей меня природы, пропитаться ее великолепием, ароматами, свежим воздухом, впитать соки…

– Юлия Алексеевна, побудете с Миланой? Мы с Каролиной отойдем на минутку, – Глеб подходит ближе и крепко хватает меня за локоть.

– Что-то случилось? – блею я, пока он ведет меня к виднеющемуся вдали охотничьему домику.

– Хочу тебя расслабить, на тебе лица нет. В чем дело, Кара? Неужели, ты так озабочена тем, что похитители не найдены?

– Именно так, – бессовестно обманываю я. – А как бы ты себя вел? Радовался природе и рыбачил?

Глеб не догадывается об истинной причине моего беспокойства, а я вздыхаю с облегчением, радуясь этому факту.

– Глеб, что ты делаешь? – округляю глаза, когда он, заговорщицки улыбнувшись, толкает дверь в чужой домик. – Вдруг, там кто-то есть?

– Определенно. Но сейчас хозяина нет дома, а дверь открыта. Идем, Кара.