Том 4. Пожиратели огня (с илл.)

— И на этот раз, надеюсь, вы не проявите вашей обычной слабости! Взгляните на это великолепное дерево, с этим большим горизонтальным суком, протянутым вперед! Вот уже два года, как я любуюсь им, внутренне говоря себе, что на этом суку будет повешен «человек в маске». Но так как подобная смерть слишком легка и приятна для такого злодея, то я намерен поручить нагарнукам пороть его розгами до тех пор, покуда на его теле не останется ни лоскутка кожи!

Иванович не в состоянии был ничего более слышать, так как без чувств упал на ковер.

Когда он пришел в себя, ему показалось, что он видел дурной сон. Но акустическая трубка была тут, подле него, и слышанные им слова еще как будто витали в воздухе. А в данный момент до его слуха доносилась песня нагарнукских матросов с «Надежды». Ивановичем вдруг овладело бешенство.

— Я должен выйти отсюда! — воскликнул он. — Хотя бы мне для этого пришлось взорвать весь «Ремэмбер»! Лучше такая смерть, чем медленная пытка, которая мне уготовлена.

Изменник! Предатель! Трижды клятвопреступник! Он предает меня человеку, давшему ему сто долларов, а я дал ему девять миллионов. О, если мне удастся уйти от той страшной участи, которую мне готовят эти люди, то я клянусь всем, что есть святого в мире, что посвящу весь остаток дней тому, чтобы отомстить этому предателю! Надо бежать, и как можно скорее! Но как это сделать? Все равно, надо все-таки попытаться.

Иванович, называя капитана изменником и предателем, совершенно упустил из виду, что его собственный обман, когда он уверял, что не питает никакой личной ненависти к графу, а действует только по предписанию Верховного Совета Невидимых, развязывал капитану руки и освобождал его от всех его обязательств.

Что же касалось девяти миллионов, то Дик и Оливье сразу же решили уплатить эту сумму Обществу Невидимых.

Несколько успокоившись, Иванович принялся обдумывать свое бегство. Он пришел к убеждению, что единственный способ — это бегство через тамбурованную дверь, которая, вероятно, легко отворялась, раз она была под защитой электрической батареи, и решил попытаться сделать это в ближайшую же ночь.

Пусть тогда Джонатан предает его!

Чтобы избежать электрического удара при прикосновении к дверной кнопке, Иванович обернул ручку этой двери шелковой бумагой, а так как он был первоклассным пловцом, то вынырнуть на поверхность со дна озера было для него сущий пустяк.