Томминокеры

И теперь, приближаясь к восхитительному дыму, Моран чувствовал, что у него подвело живот, но, приписав это возбуждению, вскоре позабыл о минутном недомогании; железка в его черепе вдвое превосходила по размеру железку в голове Гарденера. Пелена сгущалась, а в округе не было ни полиции, ни пожарных, ни машин лесничества. Это казалось немного странным и чудесно волнующим. Заложив плавную дугу, он съехал на обочину и узрел в придорожной канаве перевернутый «плимут» бронзового цвета. На приборном щитке автомобиля еще мигал красный огонек, а на боку красовалась надпись: «Пожарное депо Дерри».

Лестер припарковался, вылез из фургончика и поспешил к разбитому автомобилю. Со стороны водителя все было перепачкано кровью: руль, сиденье и коврик на полу; ею же обильно забрызгано лобовое стекло.

В общем и целом, кровищи в салоне хватало. Лестер какое-то время смотрел на нее в немом ужасе, а потом обратил взгляд на Хейвен. Тусклый красный огонь плясал в основании дымной шапки, слышался сухой треск горящей древесины.

Складывалось ощущение, будто стоишь возле самой большой в мире мартеновской печи или словно мартеновская печь, самая крупная в мире, вдруг отрастила ноги и неспешно бредет на тебя семимильными шагами.

И на фоне этого огненного колосса перевернутая машина начальника пожарного депо перестала казаться такой уж трагедией. Выиграв схватку с совестью, Лестер поспешил к собственному автомобилю. Он пообещал себе остановиться у первого же телефона-автомата и позвонить в полицию штата в Кливз-Миллз, а лучше в Дерри.

По доброй традиции коммивояжеров он держал в голове подробную карту своей территории. Сверившись с ней, он решил, что Дерри будет поближе.

Хотелось гнать и гнать. Мчаться на полном ходу, выжимая максимум из своей колымаги. На ту пору предел скорости для его фургона не превышал шестидесяти миль в час. Желание это он поборол. Казалось, что вот-вот на одном, другом, третьем повороте появятся «ежи», перегораживающие проезд, в спешке брошенные поперек дороги автомобили и кричащие мужчины в касках, шлемах и резиновых плащах.

Пустые ожидания. Ни «ежей», ни бурной деятельности – ничего, только опрокинутая пожарная машина с отломанной кабиной, да цистерна, брызжущая остатками своего спасительного содержимого. Лестер стоял на обочине, вдыхая дымный воздух, смертельно опасный для всех остальных жителей планеты, и зачарованно смотрел на бессильно свесившуюся из отчлененной кабины белую руку с ручейками запекшейся крови.

Что-то здесь не так.