Тоннель

Горло саднило, и жутко хотелось провалиться под землю. Хотя он уже был под землей и проваливаться дальше было некуда.

— Значит, так, — громко сказала женщина-Мерседес и оглядела свою растерянную дружину. — Раздача продуктов начнется здесь ровно через час. Я прошу регулировщиков вернуться на свои участки и передать информацию всем. Задача понятна?

Дружина молчала. От прежнего задора не осталось и следа.

— Сбор на этом месте. Через час! — сказала женщина-Мерседес, повернулась спиной и первая пошла прочь, высокая, с сердитой широкой спиной, унося в кармане пиджака ключи от рефрижератора.

Помедлив немного, следом потянулись и остальные — по одному и маленькими группами, не глядя друг на друга. Пространство вокруг грузовика стремительно пустело.

— Аська, — позвал Митя и огляделся. — Пошли. Давай, пойдем...

Но Аси рядом не было. Он даже не мог вспомнить, когда отпустил ее руку.

Молодой лейтенант в развязанных ботинках, на которых не получалось больше затянуть шнурки, споткнулся, поднял глаза и увидел собаку.

Большого рыжего сеттера, запертого в пустом Ситроене. Вид у сеттера был отчаянный — язык вывален, длинная морда в пене. Он топтался по заднему сиденью и царапал окошко; стекло изнутри было мутное.

— Да сядь ты, дурень, — сказал старлей. — Придут они сейчас.

Сеттер обернулся на голос и прыгнул, ударился носом и прыгнул еще раз. Ну кто так делает, подумал старлей, хоть бы щелку оставили.

— Сидеть! — сказал он и хлопнул ладонью по крыше Ситроена. — Сиди, говорю, дебила кусок!

Пёс поджал хвост и залаял.

Уши у него были совсем мокрые. Окно вам разбить, говноедам, и бегайте ищите его потом по всему тоннелю.

Но бегать было нельзя. Ничего теперь стало нельзя — ни бегать, ни даже быстро ходить. Последнюю четверть часа лейтенант даже дышать старался неглубоко, не в полную силу. По-хорошему, остаться бы ему в патрульном Форде; есть все равно не хотелось, к жажде он тоже как-то притерпелся, и правильней всего было лечь спать. Спящие тратят меньше воздуха. И все-таки он прошел мимо Форда и отправился дальше, сам не зная зачем, потому что последний приказ бабы из Мерседеса выполнять уже точно не собирался.

Его служба закончилась пятнадцать минут назад, когда лампы погасли, потом загорелись снова и начался новый странный отсчет, в котором ни баба-Терминатор, ни ее змеиный шеф не играли уже никакой роли, и думать про них было противно.

Сеттер заскулил и еще раз царапнул стекло. А правда, выпустить его, и всё. Или забрать с собой.