Топить в вине бушующее пламя печали

Гробница наполнилась жизненной силой будущего поколения, и все заточенные в ней трупы разом открыли глаза!

Вдруг, по гробнице разнесся чей-то крик:

— Командир Янь, не надо!

Облаченный в пузырьки звук прорвался сквозь толщу воды и достиг ушей Янь Цюшаня. Сюда спешили «Фэншэнь»!

Однако было уже слишком поздно, и запятнанный кровью «Темный след» приступил к первым штрихам жертвенного текста.

В том месте, куда угодило лезвие кинжала, образовался огромный пузырь. Янь Цюшань и гаошаньский принц тут же оказались отрезаны от всех остальных.

Ван Цзэ бросился к нему, но пузырь отбросил его назад.

Слепой громко хмыкнул.

— Что ты о себе возомнил? Хочешь прервать темное жертвоприношение?

Вдруг, будто предчувствуя что-то, Янь Цюшань внезапно остановился и обернулся. Он и Ван Цзэ посмотрели друг на друга. На холодном, словно выгравированном из камня, лице Янь Цюшаня мелькнула слабая улыбка.

Ван Цзэ пришел в ярость.

— Ты еще смеешь улыбаться?! Ты просто ублюдок, Янь Цюшань! Как ты можешь так поступать с Чжичунем?

Янь Цюшань покачал головой, перевел взгляд на слепого, и потерянно спросил5:

5 前不着村，后不着店 (qián bùzháo cūn, hòu bùzháo diàn) — досл.

впереди не маячит селение, и пристанища нет позади; китайская идиома, означающая затруднительное положение, когда негде даже голову приклонить.

— Ты сказал, что после того, как пламя Чиюань погасло, в мире больше не осталось Бедствий. Но ведь это не так.

— Согласно информации, которую я собрал за последние несколько лет, с древних времен в мире существует так называемое «демоническое совершенствование».

Потерявший контроль темный совершенствующийся максимум может стать «человеческой свечой», но никак не «демоном». Даже те, кому посчастливилось стать бессмертными связаны с этим миром, все они подчиняются его законам. Древние называли их «судьбой» и «угрозой», злым роком. Но количество Бедствий ограничено. По одному от каждой расы. Человек, шаман и гаошанец… — Янь Цюшань внезапно рассмеялся. В его кремневых глазах вспыхнул огонь. Казалось, что его давно потерянная душа вдруг вернулась и восстановила контроль над ходячим трупом. — Один мертв, один исчез. Спасибо, милостивые господа, что указали мне дорогу.

— Что ты делаешь? — взволнованно спросил слепой.

Но прежде, чем он успел договорить, Янь Цюшань достал маленькую керамическую шкатулку, которую прихватил с собой.