Тот, для кого живу. Продолжение

На полу у ее ног валялся скомканный самолетик, который она обнаружила возле порога после пробуждения. Он прилетел, пока она спала.

Влад поднял его с пола сам, она отказалась брать его в руки. Расправил осторожно, как будто там могла находиться ядовитая взвесь, способная парами отравить все вокруг, прочел про себя, мрачнея: «Уже попрощалась со своим Денисом? Пора!»

— Это про кого? — невольно вырвалось у Демидова. Первой мыслью мелькнул страх за сына, а потом обожгло раздражение на Ксю — вот нафига она выбрала себе в сожители тезку сынишки? Но мимолетная вспышка гнева утихла под наплывом надежды — вдруг это о нем, о Соколове?

— Я не знаю, — прошептала девушка, силясь сохранить самообладание.

— Так, сиди здесь, — быстро принял решение Влад. Сначала ему нужно было разобраться, «благодаря» кому вот эта летающая хренотень попала в палату.

Первичный опрос сразу же показал несостоятельность и тщетность его попыток уличить персонал больницы в пренебрежении распоряжениями главврача — постовая медсестра умерила его пыл всего одной фразой: «Здесь много лежачих больных, и к ним ко всем ходят родственники».

Владу оставалось лишь поджать губы, чтобы не наговорить лишнего.

Просмотр записей камеры видеонаблюдения на первом этаже здания также не принес ощутимых результатов — в мельтешении кукольных фигурок он различил двоих или троих возможных «подозреваемых», но их лиц разглядеть не сумел.

— Я хочу домой, — с порога «обрадовала» его Ксения уже наверху.

 — Я хорошо себя чувствую, у меня ничего не болит, — выпалила она скороговоркой и подскочила с кровати, готовая прямо сейчас бежать на выписку. В эту минуту она и сама верила в то, что все ее раны затянулись, слабость и недомогание отступили навсегда.

— Э-э, — растерялся от неожиданности Влад, — наверное, это преждевременно…

— Нет, — девушка бросилась к тумбочке, принялась выгребать оттуда содержимое. За несколько дней здесь она уже прилично «пообжилась»: туалетные принадлежности, какие-то баночки, что-то из одежды.

 — Я уже почти выздоровела, мне хорошо. Я хочу домой, — повторила она в какой-то момент и осеклась. Вспомнила, что дома как такового у нее пока нет. В ее доме живут чужие люди, а то место, где она до недавнего времени жила сама, стало чужим для нее.

— Может, не будем торопиться? — предложил Демидов, мысленно взвешивая все за и против.