Трактир «Разбитые надежды»

При мысли о настоящем герое он вдруг запнулся. Сердце внезапно заныло от накатившей тревоги, ему представился Лешага, без сил бредущий по лесу, и настигающий его ужасный Охотник, сеющий вокруг страх и смерть.

«Выходит, я его бросил? Когда ему так плохо, когда он в беде… Забыл, махнул рукой, лишь бы искупаться в лучах славы…» — он не помнил, где вычитал эту фразу, но когда-то она ему очень нравилась. Марат всегда мечтал о таком «купании», непонятно в честь чего, но выражение звучало очень красиво. Прежде звучало.

«Герой! — досадуя на себя, подумал он. — Лешага сражался за нас, рисковал головой, а потом ушел, чтобы еще раз спасти, и словом не обмолвился. Я ведь все слышал, нарочно дверь неплотно закрыл. Этот Сохатый скормил бы нас Охотнику за просто так и глазом бы не повел. Мы же для него зверьки. А вот Леха…»

— Стойте, стойте! — он раздвинул осаждающую его толпу. — Где Лилия?

Девушка стояла, прислонясь к высокому раскидистому дубу, точно вжимаясь, врастая в него спиной. Марат попытался было проследить, куда она смотрит — в кроны шелестящих вокруг деревьев, на хмурое с редкими просветами небо? Вероятнее — в себя, пытаясь найти какой-то знак, подсказку.

Сердце ее ныло, точно его раз за разом опускали в кипящий расплав, вынимали и вновь погружали.

— Лилия! — крикнул драконид. — Ты сможешь довести их до границы ваших земель? Дальше я нарисую, как следует идти, укажу ориентиры, не заблудятся.

— А ты? — дочь старосты с трудом вышла из оцепенения.

— Мне надо отыскать Лешагу.

 — Марат положил руку на автоматный ствол.

Чешуйчатые зашумели, то ли ошеломленно, то ли негодуя.

— Всем тихо! — неожиданно даже для самого себя крикнул юнец и удивленно обвел замершую толпу взглядом. — Будет так, как я сказал!

Дочь старосты улыбнулась, перед ней был уже не давешний мальчишка, назойливо тащившийся за ее мужчиной.

— Она доведет вас до земель своего народа, дальше пойдете сами. Я дам вам короткоствол, патронов мало, попусту не тратьте, используйте камни, выломайте дубины, палки можно заточить и обжечь.

Да и кто в здравом уме решится напасть на такой отряд, — он специально использовал это слово «отряд», как-то вдруг превратившее суетливую толпу в нечто монолитное и грозное. — А мне нужно спешить на подмогу.

— Ну что ты, Марат! — всплеснула руками одна из его тетушек. — Куда тебе одному?

— Я воин драконьего рода! — он перекинул через шею автоматный ремень и опустил ствол на тот самый манер, как носил оружие его кумир.