Трактир «Разбитые надежды»

 — Лилия, я верю, когда мы победим, Леха вернется к тебе.

— Нет, — покачала головой девушка.

— Я его лучше знаю. Он победит и вернется! — упрямо воскликнул драконид.

— Нет, — повторила дочь старосты. — Я не поведу их. Расскажу, найдут сами. Я с тобой.

— Но Охотник…

— Я иду с тобой. — И она с грозным видом передернула затвор, вгоняя патрон в патронник.

* * *"

"Лешага слушал дробную трель, блаженно прикрыв глаза и затаив дыхание, даже пение лесных пичуг не доставляло ему такой радости. На этот раз перекоса не случилось.

Крупнокалиберный пулемет долбил, как заведенный, поливая свинцом округу, срезая кустарник, впиваясь клыками пуль в стволы деревьев. Шедший следом за Лехой кошмар дернулся было вперед, но тут же замер, и окружавшее его серое облако растаяло, как застрявший между ветвями обрывок рассветного тумана. Лешага нащупал сознание вожака. Черный лежал совсем рядом, укрывшись за деревом. И вся Стая, прижав уши, вжималась в землю, тихо поскуливая от рокочущего на весь лес грохота выстрелов. Наконец пулемет смолк. Леха поднялся и, приведя оружие в боевую готовность, двинулся вперед. Ему нужно было получше рассмотреть преследователя. Существо лежало, навалившись мощной тушей на проволоку растяжки.

Бывший страж, при всем своем опыте, не мог понять, что это за страшилище. Дюжина пуль, угодивших в Охотника, разворотили торс и не добавили красоты его облику, и без того не слишком привлекательному. Кем бы это существо ни было, оно ходило на четырех лапах, таивших пару десятков длинных, отточенных когтей, и в полный рост в холке, пожалуй, достигло бы груди Лешаги.

Морда… Тут ученик Старого Бирюка даже вздрогнул и поморщился, такого прежде видеть не доводилось.

Перед ним было огромное, но… почти человеческое лицо с пастью от уха до уха и оскаленным частоколом зубов в три ряда. В довершение всего мощный, заканчивающийся костяным шипом, хвост. Умирая, чудовище, видимо, колотило им из стороны в сторону. Вывернутый ударом хвоста куст орешника валялся около туши.

— А это еще что? — Леха подошел вплотную и наклонился.

На шее омерзительного чудища красовалось нечто вроде металлического ошейника. Одна из пуль зацепила его, попав аккурат в коробочку, прикрывавшую кадык. На крышке неведомого устройства красовалась внушительная, прочерченная наискось вмятина. Пуля ушла рикошетом, так и не пробив странную штуковину. Воин попытался снять ее — тщетно. Неведомое приспособление словно вросло в шею мерзкой твари.

— Ладно, — процедил воин, подзывая Черного.