«Рашен стрит-волкерз», — неслось нам вслед, когда мы выходили из магазина."
"Перевода мне не потребовалось. Даже переодетые мы выглядели довольно скверно. Лица были опухшие, у Натки нос стал величиной с хорошую грушу, а моя губа раздулась так, что выступала вперед, как лопата.
Таксист отвез нас в клинику. За четыреста баксов нам зашили глубокие рваные раны, обработали ссадины, кровоподтеки и синяки. Натке сделали снимок носа, к счастью, перелома не оказалось. Мне наложили несколько швов у виска и слегка подштопали губу.
Посмотревшись в зеркало, я с трудом узнала себя, но все же подумала о том, что бывает и хуже. Самое главное, что мы остались живы.
До возвращения Янга мы решили перекантоваться в пригороде Токио в третьесортном отеле. Распрощавшись с таксистом и заплатив ему около тридцати баксов, мы зашли в небольшой холл и тут же услышали русскую речь.
— Привет, девчонки, никак, наши, русские! — к нам подошел симпатичный парень и стал откровенно рассматривать нас.
Я сразу обратила внимание, что его худые руки были покрыты многочисленными наколками.
Дома мы бы постарались отделаться от такого как можно быстрее. За границей все иначе. Русская речь, от кого бы она ни исходила, воспринимается как нечто родное и близкое. Как-никак соотечественник и, похоже, не браток.
— Кто вас так отделал, девчонки? — засмеялся парень.
— Да так, в аварию попали, — соврала Натка.
— Что-то на аварию не похоже, больше на избиение.
— Мы попали в аварию, — жестко отрезала я, дав понять этому типу, что разговор окончен.
— Мы тверские, — не унимался парень. — Вот приехали Японию посмотреть по туристической путевке. Меня, кстати, Вадиком зовут.
— Тут что, туристическая группа из России? — обрадовалась Натка.
— Точно. Из Твери. Нас тут много. Кстати, и девчонок много. Могу познакомить. Мы сейчас на экскурсию едем в Токио. Хотите поехать с нами? Денег с вас никто не возьмет, все уже оплачено, а вечером обратно.
Мы с Наткой переглянулись. Она шепнула мне на ухо:
— Нам сейчас не мешало бы оказаться в Токио.
Заедем на яхту к Янгу, и я оставлю ему письмо. Попрошу, чтобы он сразу заехал за нами в гостиницу, как только вернется, а вечером мы с тобой завалимся спать.
— Смотри сама, — пожала я плечами и согласилась. — Среди своих, русских, спокойнее будет. Вдруг чем помогут. Мир же не без добрых людей.
Мы улыбнулись и последовали за новым знакомым. Но Вадик оказался порядочной сволочью. Он завел нас к себе в номер якобы для того, чтобы познакомиться с другими туристами.
