— Что?
Митя изумленно посмотрел на подруг снизу вверх. Его голубые глазки жалобно помаргивали. И голубенький, в тон им, пиджачок смотрелся сегодня донельзя неуместно и глупо на тщедушном тельце с лицом постаревшей мартышки.
— О чем вы говорите? — повторил Митя. — О какой Алене?
— О той самой! Которую задушили точно так же, как и твоего брата.
Митя встрепенулся.
— Вы думаете, что их убил один и тот же человек?
— Возможно.
— И что он член нашей общины?
— Во всяком случае, он должен сейчас находиться в этом доме.
Кирины слова произвели на Митю странное впечатление. Кажется, до сих пор он не осознавал, что убийца входит в число членов общины. И это открытие буквально подавило его. Во всяком случае, Митя закрыл глаза руками и горестно воскликнул:
— Боже мой! Не могу в это поверить. Убийца — один из нас! Человек, с которым мой брат каждый день встречался. Доверял ему! Помогал! Давал отеческие советы и любовь. Какой ужас!
Подруги были целиком и полностью с ним согласны. Действительно ужас. Но ведь кто-то пошел на этот ужас.
И значит, у этого человека были веские основания. Митя тем временем сумел взять себя в руки. Теперь он молчал и сосредоточенно думал о чем-то.
— Да, вы правы. Убийца — один из нас. И вы хотите его найти?
Подруги кивнули.
— Я готов вам помочь! Спрашивайте. Что бы вы хотели узнать?
В первую очередь подруги хотели знать про Алену. Они-то и убийством Апостола заинтересовались лишь потому, что оно подозрительным образом походило на убийство Алены. Но оказалось, что разговаривать об Алене младший брат Апостола не готов.
— Я не понимаю, почему я должен знать эту девушку лучше, чем остальные. Почему именно у меня вы спрашиваете о ней?
— Потому что вы были единственным человеком, который помог ей.
— Когда я ей помогал? Ничего я ей не помогал! Это все ложь!
— После того как она сбежала из общины, вы были единственным, кто не отвернулся от нее.
— Враки!
— Алена сама об этом рассказывала.
— Вам?
— Не нам, своему любовнику, а он уже нам.
Митя побледнел.
— Глупая, — прошептал он. — О, какая глупая!
Подруги переглянулись.
— Вы это о ком?
— Об Алене! Она не должна была упоминать обо мне. Ни одной живой душе. Мы так с ней договорились!
— Что же, можете радоваться. Она не сдержала слово. И рассказала о вас своему мужчине.
На самом деле Кира сказала лишь то, что сказала. Но Митя понял ее по-своему. Он побледнел еще больше. Кажется, даже смерть его брата не подавила его настолько, насколько это известие.
