Трепет. (не) его девочка

Губы девушки складывается в удивленном "О", а потом она переводит взгляд куда-то мне за спину и громко произносит:

— Добрый день, Карим Гаясович!

Через плечо я смотрю назад, и сначала упираюсь взглядом в широкую грудь, обтянутую черной рубашкой, затем поднимаю глаза и встречаюсь с темными холодными глазами мужчины, с интересом разглядывающими меня. К нему подбегает невысокая девушка моего возраста с копной светлых кудряшек на голове.

— Ты снова меня не слушаешь! Вот ты всегда так!

— Помолчи, Нимб, — пресекает ее мужчина, на миг оторвавшись от моего лица.

 — Сколько я буду говорить тебе, чтобы ты не отвлекала меня во время работы. Хочешь поболтать, езжай к подружкам и не мешай мне.

Девушка с необычным именем дергается и вжимает голову в плечи, словно ее ударили. Своим ледяным тоном этот Карим Гаясович напоминает мне отчима. Мне становится жаль девушку, которая, скорее всего, просто хочет провести время с этим человеком, кем бы он ей ни был.

— Вы от Рустама Багримова? — неожиданно спрашивает мужчина, переключая мое внимание на себя. Меня настолько поражает его вопрос, что я не сразу нахожусь с ответом, просто смотрю на него во все глаза и бестолково хлопаю ресницами. — Он говорил, что вы можете прийти. На столе в моем кабинете лежит ваша характеристика. Вы же Яна Алексеева?

Отчим, значит, уже доложил обо мне. Не сомневался, что я все-таки приду сюда? Хочу себя стукнуть за неконтролируемый трепет, который проносится по моему телу горячей волной.

Мне следует чувствовать недовольство за его очередное вмешательство в мою жизнь, а я вдруг испытываю радость. Наверное, это связано с тем, что сейчас для меня очень важно получить эту работу, поэтому я и радуюсь. А так мне совершенно не нравится, когда он лезет. Абсолютно.

Карим Гаясович удовлетворенно хмыкает, затем смотрит на часы, сверкающие на мощном запястье мужчины. Интересно, сколько они стоят? Наверняка целое состояние.

Отчим тоже любит носить такие.

— У меня сегодня нет времени, чтобы провести собеседование с вами, поэтому я бы хотел, чтобы вы пришли ко мне в среду. Скажем, в шесть вечера. Посмотрим, настолько ли вы разбираетесь в теме, как расписывал Багримов, — губы мужчины искривляются в усмешке, а глаза по-прежнему шарят по мне, цепкий взгляд словно пытается считать какую-то скрытую информацию.