Трепет. (не) его девочка

Мне требуется минута, чтобы глаза привыкли к темноте и сердце перестало бешено колотиться после сна, в котором он снова прикасался ко мне.

Это сон. Просто сон. Все это неправда.

Я успокаиваю себя, но успокоиться не удается, потому что, когда мне становятся видны очертания мебели в густой темноте дома, я сразу замечаю фигуру мужчины в кресле напротив. Сердце с огромной силой ударяет в грудь, я подтягиваю ноги к груди и сжимаю колени руками, разглядывая Рустама Довлатовича, спящего в кресле. Его голова откинута назад на спинку, руки свисают по бокам, в одной я замечаю стакан, который вот-вот выскользнет из его длинных пальцев.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Значит, он вернулся, когда я спала, и остался тут сидеть. Наблюдал, как я сплю? Давно он приехал?

Что мне делать? Разбудить его и отправить спать? Что-то не очень хочется его будить. Хотел бы, сам лег в комнате. Пусть спит здесь, а я пойду к себе, где буду в большей безопасности, чем тут, рядом с ним.

Осторожно опускаю ноги на пол, стараясь ничего не задеть и не потревожить мужчину. Начинаю медленно обходить журнальный столик перед диваном и инстинктивно вздрагиваю, когда краем глаза замечаю шевеления мужчины. Решаю, что лучше забрать стакан из его руки, потому что он того и гляди выпадет и разобьется, тогда отчим точно проснется. Осторожно подхожу к Рустаму Довлатовичу и вынимаю стакан из его ладони. Сердце так грохочет, что мне кажется, мужчина вполне может проснуться и от этого звука.

Уже разворачиваюсь и собираюсь поспешить к лестнице, но вокруг моего запястья сжимаются сильные пальцы. Рывок, и я оказываюсь лежащей на мужчине. Носом утыкаюсь в его грудь, легкие передавливает и первые несколько секунд я не могу сделать вдох, а когда делаю, чувствую не только запах духов Рустама Довлатовича, которые я так ненавижу, но и другой аромат.

— Я еще ни разу не целовал тебя, Яна, — хрипит мужчина, потеревшись подбородком о мою щеку.

Я слегка отстраняюсь, упершись ладонями в грудь отчима. Мне нужно видеть его лицо, хоть в темноте сделать это довольно трудно, но все же я смотрю на него. Щека горит после соприкосновения с его подбородком, а легкие до сих пор скручивает от аромата женских духов, к которому теперь примешивается слабый запах алкоголя, идущий от мужчины.