Три ночи с повесой

 — Я по глазам вижу, что ты мне не веришь. Наверное, я это заслужил. Когда я вчера ушел от тебя… это был самая тяжелая минута в моей жизни.

У него был такой несчастный вид, что в груди Лили зашевелились сомнения.

— Надеюсь, это не потому, что ты боишься, что ни один мужчина теперь не захочет взять меня в жены. Не хочется думать, что ты решился на этот шаг только потому, что считал, что обязан это сделать.

— Тебе неприятно так думать? Что ж, извини, Лили, но это так. Я действительно считаю, что обязан жениться на тебе.

 — Взяв ее руку, он приложил ее к своей груди. — Мое сердце обязывает меня это сделать. Видишь ли, оно, глупое, почему-то решило, что без тебя мне не жить. И пригрозило, что остановится, если я не женюсь на тебе, причем немедленно. И поэтому я здесь — чтобы сказать, что отныне я твой. Навсегда. — Он с трудом сглотнул. — Если ты, конечно, согласна.

Если?! Если она согласна?! Сердце будто совершило прыжок и застряло в горле, каким-то чудом не выскочив из груди. Господи… неужели Джулиан действительно боялся, что она ему откажет?

Да, вдруг со всей отчетливостью поняла она.

Да, он этого боялся. Отсюда и этот подавленный вид, и землистая бледность. Даже после всего, что было между ними, он колебался.

Ох, Джулиан! Она читала в его душе, как в открытой книге — видела, как он уязвим, как нищее детство и несмываемый позор его рождения подорвали его веру в себя. Что ж… она постарается его переубедить.

И Лили внезапно почувствовала себя счастливой.

— Да, — коротко сказала она.

Может, для того, чтобы он перестал сомневаться. — Да, я согласна.

Заметив, как вдруг застыло у него лицо — словно на сильном морозе, — Лили приложила пальцы к его щеке.

Он вздохнул шумно и с облегчением. И Лили с радостью увидела, как на его лицо постепенно вернулась краска.

Она коснулась кончиком пальца уголков его рта, слегка потянула — чтобы заставить их раздвинуться в улыбке.

— Мы будем так счастливы…

В глазах Джулиана мелькнуло сомнение.

— Да. Совершенно верно.

Удивительно, как мало времени нужно, чтобы стать женатым человеком.

Джулиан был ошеломлен. Церемония венчания представлялась ему всегда чрезвычайно торжественной и длинной.

Но несмотря на то что викарий, обратившись лицом к Лили, старался говорить медленно и раздельно, чтобы она могла повторять за ним слова брачной клятвы, не прошло и четверти часа, как Лили Чатуик и Джулиан Беллами стали мужем и женой — в горе и в радости, в богатстве и в бедности, перед Богом и людьми.