Три ночи с повесой

Что странно, потому что до этого он — безотцовщина, чье детство прошло на лондонских улицах — даже никогда не задумывался где, собственно говоря, его место.

— Наверное, ты мне просто понравилась, — с обезоруживающей откровенностью признался Джулиан. — И я решил, что ты слишком хороша, чтобы я пытался тебя соблазнить.

— Что ж, вероятно, это комплимент. — Лили рассмеялась и очаровательно покраснела.

Джулиану очень не хотелось обижать ее, но он просто не видел другого способа закончить этот разговор.

— Прости, совсем забыл, что у меня осталось одно неотложное дело.

 — Собственно говоря, это было чистой правдой. Ему нужно было еще наведаться в офис, и Джулиан уже безбожно опаздывал. — Я приду завтра, и мы попрактикуемся еще.

— Если я действительно решусь на это… — нерешительно пробормотала Лили, стряхивая с его рукава невидимую соринку. — Поехать на бал, привлечь к себе внимание возможных поклонников, — мне придется сначала попрактиковаться не только в танцах.

Джулиан озадаченно нахмурился, но ничего не сказал, просто молча стоял и ждал, что последует дальше.

— Я совершенно разучилась кокетничать. При том, что никогда не умела этого делать. Даже не могу вспомнить, когда меня целовали в последний раз. — Лили бросила на онемевшего Джулиана виноватый взгляд. — Ну, если не считать того раза, вчера утром, но это ведь не считается, верно?

— Конечно. — Господи помилуй, будет ли когда-нибудь конец этой пытке?

Лили, судорожно вздохнув, заторопилась.

— Как бы там ни было, я просто подумала… Поскольку когда-то, пусть и давно, ты все-таки пытался флиртовать со мной и поскольку ты признался, что всегда считал меня достаточно привлекательной, может быть, ты не откажешься поцеловать меня еще раз?

Джулиан вытаращил глаза.

Он окончательно рехнулся? Или за всей этой мешаниной слов, которую только что вывалила на него Лили, действительно скрывалась просьба поцеловать ее?!

— Прости, — увидев выражение его лица, вздохнула она. — Я просто дура.

Джулиан молча кивнул.

Лили, набрав полную грудь воздуха, как перед прыжком в холодную воду, посмотрела ему в глаза.

И Джулиан с удивлением отметил, что все ее поведение вдруг разом изменилось. Перед ним стояла совсем другая, незнакомая Лили. Не было больше ни девичьей застенчивости, ни робости, ни смущения. Теперь это была женщина, желавшая раз и навсегда объясниться с мужчиной.

— Джулиан, позволь мне быть совершенно откровенной с тобой. Может, это звучит глупо, по-детски, но я попросила поцеловать меня.