Три с половиной оборота

Все так, только вот Лариса местной не была, по крайней мере, именно так она заявила Маричу при знакомстве.

Причин не верить ей у меня не было. На номерах «Порше», кроме трех семерок, стоял код соседнего региона. Того, где жил Карелин. Потому я легко его запомнила.

Но в таком случае появляется другой вопрос. Что делала приезжая дама в такую рань в том районе? Никаких музеев и памятников архитектуры поблизости я припомнить не смогла. Ну не на избы же она отправилась смотреть, что потихоньку увядали на улице за офисом Забелина.

Да на таких шпильках, как у нее, к ним и не подберешься, не переломав ноги.

В целом в этом не было ничего подозрительного. Возможно, дама любит экстремальные пешие прогулки, а ходьбу на высоченных каблуках по-другому назвать сложно, и просто-напросто шла в то утро от гостиницы пешком в направлении какой-нибудь галереи. Правда, все они, насколько было мне известно, в девять утра еще закрыты. Впрочем, с таким же успехом она могла направляться в монастырь.

С краткосрочным визитом, разумеется.

Я немного поколебалась, стоит ли немедленно сообщить Маричу о моем наблюдении, или это может подождать? В этот момент я услышала голос Тамары, которая бубнила себе под нос совсем рядом со мной, явно выражая претензию по отношению к кому-то из клиентов:

– Дай ложку! Пять минут уже подождать не могут…

Я восприняла это как знак и решила, что моя незначительная находка вполне может потерпеть до вечера.

Я рисковала опоздать. Огромные пробки образовались на выезде из города.

Вероятно, в связи с первым действительно жарким днем все стремились выехать на природу. Пришлось три раза менять маршрут по ходу движения. Это помогло, и за семь минут до начала смены я уже приближалась к катку.

С этой стороны я подъезжала впервые, и мой взгляд привлекла одна деталь. Отсюда было прекрасно видно крышу, на которой случилась трагедия. Я видела, что сейчас, облокотившись на перила, там стояли двое. Скорее всего, мужчины или юноши. Ни лиц, ни деталей одежды разглядеть было невозможно.

Два человека. Один, кажется, в бейсболке или другом головном уборе. Расстояние позволяло увидеть лишь общие черты.

И все-таки это было немало! Что, если в то утро, когда погибла Катя, кто-то так же, как я, следовал в этом направлении и мог что-то увидеть? То есть свидетели, которых, казалось, быть не может, вполне могли существовать. Тогда странно, что никто не рассказал об увиденном, не заявил в полицию.