Три с половиной оборота

Я еще не успела ничего сопоставить, а Владан уже просил Гену, выбираясь из-под стола:

– Проверить семейное положение можешь?

Повисла минутная тишина, еле слышно на том конце провода стучали клавиши.

– Кущенко Лев Давидович, в браке двадцать лет. Адрес тот же.

– И последняя просьба. Место его работы?

– Пошуршу, перезвоню, – пообещал Гена. – Это потребует чуть больше времени.

– Не затягивай, – попросил Марич.

– Это тот самый Кущенко, который подобрал проект Карелина с катком, когда тот решил от него отказаться? – спросила я.

– Не уверен, но скоро узнаем.

– Если так, удивительное совпадение, – отметила я.

Марич не обманул: в кабинете помимо нас и упитанного мужчины в форме присутствовала юная девушка с пушистыми каштановыми волосами, которую представили нам как психолога Диану Ивановну. Нас, к слову, никак не представили. Возможно, какую-то легенду хозяин кабинета успел поведать ей до нашего там появления.

Я подготовилась: помимо цветной фотографии Елены Карелиной держала в руках распечатки, содержащие протокол первого допроса Лизы.

Вскоре в кабинете в сопровождении мамы – худощавой блондинки лет тридцати на вид – появилась девочка. Светлые волосы были распущены, вместо спортивного костюма – платье, но я сразу узнала в ней ту самую девочку из раздевалки.

На меня в этот раз она никак не отреагировала. Тихо поздоровалась и присела на предложенный стул.

Психолог мягко объяснила, что всем нам очень важно снова с ней поговорить. Диана Ивановна подчеркнула, что опасаться нечего, полиция на стороне Лизы.

Наконец нам был дан робкий знак начинать.

– Меня зовут Полина, – представилась я. – А тебя?

– Лиза. Вы же знаете.

На долю секунды я заподозрила, что девочка меня узнала. Но она указала пальчиком на копии допроса у меня в руках.

– Это в прошлый раз писали, я почерк запомнила. Там должно быть записано, как меня зовут.

– Верно, – кивнула я и опустила взгляд на бумаги, словно хотела убедиться. – Ты хорошо знаешь Киру Карелину?

– Кто ее не знает? – удивилась Лиза.

– Здороваюсь. Она же взрослая и… чемпионка.

– Точно. Нравится, как она катается?

– Очень, у нее скольжение отличное. Но вообще моей любимой фигуристкой Катя была.

– С ней ты ближе общалась?

– Вообще не общалась. Ну, здоровалась тоже. Фотографировалась несколько раз.

– Кате было приятно, я думаю.