Три женских страха

Однако уже ничего не требовалось – воинственные «скины» превратились в кучку испуганных малолеток и обратились в бегство, не решившись связаться со взрослым вооруженным мужиком и явно нездоровой на голову девицей. Я же вошла в какой-то странный раж, как собака, учуявшая раненого зверя и устремившаяся в погоню. Подскочив к лежавшему, я принялась молотить его цепью и ботинками. Парень уже даже не закрывался, только стонал и бормотал что-то, а у меня перед глазами стоял Максим – безобидный, добрый Максим, убитый ни за что этими уродами… Только почувствовав, как из-под ног ушла почва, я перестала орать и брыкаться – Семен волок меня к мотоциклу:

– Ключи!!! Сашка, ключи давай, надо сваливать!

Я не соображала, что происходит, но ключи дала.

Семен завел байк, усадил меня сзади, велев держаться, и поддал газу. Окровавленная цепь так и висела на моей руке…

Семен привез меня к себе, уже в квартире осторожно снял цепь с моей руки и отбросил ее в угол. Меня трясло от пережитого и от навалившихся эмоций, с которыми я никак не могла совладать.

Безумно жалко Максима – и Семена, потерявшего любимого. Мы обнялись в гостиной на диване, я плакала, размазывая слезы по лицу, Семен поглаживал меня по плечам и тоже, не стесняясь, плакал.

– Ты бы видела его, Сашка… – всхлипнул он. – Как можно было… он же никому ничего не сделал…

– Не надо, Семочка, не плачь. Максиму уже не поможешь…

– Наверное, это наказание за наш образ жизни…

– Ну, хватит! – собрав все силы, рявкнула я – невыносимо видеть старшего брата в таком разобранном состоянии.

 – Хватит себя жалеть! И хватит – слышишь! – хватит оправдываться за то, кого ты любишь и как это делаешь! Мне вот все равно – и к Максиму я относилась хорошо, мы дружили! И мне неважно, что он любил не девушку, а моего старшего брата! И ты не смей – ведь предаешь его!

Семен отстранил меня, сел очень прямо, вытер глаза и проговорил:

– Ты совсем уже взрослая, Сашка. Взрослая и умная, мне и в голову не пришло бы то, что ты сейчас сказала. Ведь действительно – я сейчас веду себя как предатель… А нужно заниматься похоронами, у Максима никого нет, кроме меня… не было.

Он из детдома.

Я знала. Однажды Максим рассказал мне о детстве, проведенном в маленьком интернате города-спутника. Именно там он, худенький, слабый и по-девичьи симпатичный, впервые подвергся насилию одного из старшеклассников. Это продолжалось довольно долго, а потом Максим начал испытывать отвращение к женскому полу, которого не мог себе объяснить.